Кольцо Сегеды

 


Сегеда Валерий Петрович, 1938 года рождения, украинец, украшение многих музеев мира и частных коллекций, выставки, поклонники, поклонницы, велосипеды, волейбол, теннис, хороший кофе, тонкие вина, широчайший круг общения, абсолютно гармоничен в смокинге и драных джинсах, личность открытая и непонятная, доступная и недосягаемая, полное несоответствие астрономического и физиологического возраста, динозавр с подвижностью и энергией фокстерьера....


Величайшее открытие, настоящее значение которого в состоянии постичь только просвещённые современники, представляет удивительный духовный мир, созданный Валерием Петровичем Сегедой - учёным, психоаналитиком, философом, художником-алхимиком. Человек, будто пришедший из эпохи Леонардо, а может быть из будущего, он достоин поклонения перед любой из многочисленных граней его таланта.
В своих теоретических работах и каждодневной практике он, на протяжении более тридцати лет ставит и решает вопросы выживания человечества в условиях тотального разрушения.
Яркая, пассионарная личность В. П. Сегеда сумел разглядеть в нашей обыденной серой реальности поистине уникальный выход из состояния духовного обнищания, безысходности материалистических оков и насквозь лживых схоластических доктрин. Этот путь - овладение ключом генетического кода человечества и раскодирования его духовного гена - невидимой и неосязаемой материи. Следуя за установленным числовым порядком "Каббалы", В. Сегеда разработал уникальную систему, методикой которой является выход на новый, качественный уровень сознания Эго, что ведёт к обновлению эмоционального фона, устойчивой ориентации и омоложению. Этот сверхъестественный феномен является открытием, дающим ответы на вопросы по управлению человеческой природой.
Каким образом В. Сегеда вторгается в святая святых, в область генетики, безошибочно ставя диагноз, восстанавливая и укрепляя иммунную систему человека? Почему, например, у больных онкологическими заболеваниями, без применения медикаментозного лечения, химиотерапии, хирургического вмешательства - рассасываются опухоли и полностью исчезают метастазы? Ответы на эти вопросы ещё пока неизвестны широкой общественности, однако, их значение и место на гуманитарной, общечеловеческой шкале ценностей, ориентируясь на мнение специалистов и посвященных, невозможно переоценить уже сейчас.
Сложно представить себе, с помощью какого именно закона природы будет доказано Величайшее открытие В.П. и его Таинственное воздействие на человека. Ведь наряду с общеизвестными законами природы существуют и другие, о которых многие учёные пока даже не подозревают. Иначе кажется просто случайностью, когда, например, такой незыблемый закон, как земное притяжение оказывается попранным. Но могут быть и другие законы, способные не только не укладываться в действие уже известного, но и приостанавливать его.
Пользуясь предоставленной возможностью участия в создании этой книги, учитывая многолетнюю дружбу с В. П., мне хотелось бы сделать некоторые комментарии для начинающих практиковать метод В. П. Сегеды.
Материал, составляющий содержание этой книги, не претендует на то, чтобы охватить всё творчество В. П.: существует много из того, чего В. П. никому не открывает, того, что остаётся для всех тайной. Я стану говорить лишь о том, что лично пережила.
Однако способ отношения с этой тайной подсказывает сам В. П., когда говорит нам «о силе числа»...
После того как я с числами поработала, «попробовала» их, они превратились для меня в реальные силы, явились не предметом веры или неверия, а действием и подтверждением. Предлагаю каждому, кто заинтересуется подобными таинствами, также относиться к ним.
Пусть читатель или практикующий ничему не верит и ничего не отрицает. Пусть рассказы «о силе числа» останутся таковыми до тех пор, пока опыт не сможет воплотить их в реальность.

Число для Ума является тем же, чем для Материи — «непостижимым посредником». Может быть, для профана, но не для Ума посвященного.
Число есть Сущность и в то же время Дыхание, исходящее от того, что называем БОГОМ, и что мы называем «ВСЕМ». Дыхание, которое одно могло образовать физический Космос, «где ничто не обретает свою форму иначе, как только из Божества, которое есть следствие Числа».
(Е.П. Блаватская)


Земля у нас общая.
П. Наумов



Учитель и ученики


... Я создал человека
справедливым.
И праведным, но выбор дал ему: Стремиться вверх иль вниз; И силы все эфирные, подобно, И духи мною созданы, — Кто верность сохранил, а кто
предал. Воистину, тот устоял, кто
был достоин, А тот, кто низок был —
тот пал...
Мильтон

Уверены ли Вы, что стучали в правильную дверь? Уверены ли Вы в том, что не утратили своего пути, останавливаясь слишком часто во время путешествия у каких-то странных дверей, за которыми лежат в засаде «злейшие враги» тех, кого Вы ищите?..
Учитель — это не «какой-нибудь ревнивый бог». Он просто святой смертный и он просто выше чем кто-либо в этом мире в моральном, интеллектуальном и духовном аспектах.
Одно из первых правил, для тех, кто начинает своё путешествие с Учителем, — следовать только прямой дорогой, не останавливаясь на каждом повороте.
Они должны иметь доверие и быть терпеливыми, а также отвечать некоторым другим требованиям. Не обладая ни одним из этих качеств, какое право имеют те или иные мужчины или женщины взывать к обязанности Учителя помогать им?
Таким образом, главное и обязательное условие — это просто безусловная верность выбранному Учителю.
Это условие совершенно необходимое, так как магнетические отношения между обоими когда-нибудь разрушатся, для их восстановления потребуется вдвое больше времени. И кроме того, несправедливо и неразумно, чтобы Учитель тратил свои силы на тех, чьё конечное дезертирство часто можно ясно представить заранее.
Многие из тех, кто, ожидая результата заранее и будучи разочарованы, обвиняют в этом своего Учителя, вместо того, чтобы скромно повторить: «Моя вина»? Е.П. Блаватская (Карма судьбы).
Они способны по своей воле рвать нить, связывающую их с Учителем. Право выбора всегда остаётся за ними.



Практика В. П. Сегеды

У Разума нет Времени.
Сегеда

О «кольце» В.П. Сегеды, как о системе, писать сложно.
Она построена по своим специфическим законам и рассчитана на посвященных. Вхождение в систему происходит постепенно, по мере осознания практикующим силы числа и его воздействия. Здесь необходимо учитывать генетические способности и индивидуальность Эго. При достижении необходимого уровня посвящения, воздействие чисел усиливается, а программа усложняется.
Основа основ системы — строгое соблюдение порядка цифр цикла одного года (12 месяцев; 1-го месяца; 1-х суток; 1-го часа; 1-й минуты) при безусловном выполнении пятидесяти правил, обеспечивающих жизнь в новом качестве Эго. Причем это не бездумное следование правилам, а повседневная творческая работа над собой. Когда самосовершенствующийся аскет, находящийся внутри обычного мира, достигает успеха в соответствии со своими способностями, он становится хозяином своих:
тела;
чувств;
недостатков;
страданий.
Тогда он готов стать единым со своим разумом и высочайшей душой, то есть Духом.
Применяя силу «Священного числа», следуя за установленным порядком чисел, очищая сознание через преодоление, вытеснение Эго, через чистый экран он приобщается к Великому таинству: обновлению жизнью — «единой жизнью».
Что ведет к созиданию, а значит служению Божественной творческой энергии священных чисел, священных циклов Единой Жизни.
Таким образом практикующий, находясь в «кольце» числового порядка, достигает пробуждения в сознании дремлющей памяти о трансцендентальных человеческих способностях.



«Первая встреча»


Несмотря на некоторую эксцентричность в поведении и высказываниях в данной книге, где В. П. Сегеда, прежде всего художник, должна заметить: более деликатного, учтивого, внимательного, чуткого, всегда готового прийти на помощь «безукоризненного воина», благородство которого превосходит все границы человеческого, мне в моей жизни не приходилось встречать...
С благодарностью и преданностью я храню память о каждой моей встрече с В.П., которые были очередным уроком на пути к познанию и таковыми остаются.

Эти записи — попытка восстановить жизнь. Жизнь не выдуманную, а реальную. Хочется до безумия восстановить её во всём многообразии красок, ощущений, характеров. Это, разумеется, лишь беглые, поверхностные заметки. Когда пишешь о таком проявлении воображения и силы, какое представляет из себя настоящий художник, всё равно остаёшься дилетантом.
Был октябрь 74-го года... Я шла по Большой Житомирской улице из киевского Дома моделей, куда недавно устроилась работать манекенщицей, вместе с известным украинским художником Анатолием Соломухой, ныне признанным мэтром живописи, живущим в Париже. Была та дивная, чарующая киевская осень, которая навсегда остаётся в твоей памяти и в твоём сердце. Кто знает этот воздух, это время года, это место — тот поймёт меня! Всё было исполнено какой-то неги и томления, делавших одиночество абсолютно абсурдным.
Мы шли медленно, молча, вдыхая запах осени. Идущие навстречу пристально разглядывали нас, порой даже как-то бесцеремонно, а один из прохожих остановился и, глядя мне вслед, пробормотал что-то вроде «гоголевской панночки»...
Свернув на Рейтарскую и пройдя ещё несколько шагов, мы оказались перед невысоким домом, из окна бельэтажа которого смотрел прямо на нас задумчиво и пристально какой-то человек. Внезапно лицо его оживилось: «А, это вы, Анатолий. Вдвоём? Милости прошу, заходите!»
Соломуха наклонился и шепнул: «Сейчас познакомлю тебя с очень интересным человеком!»
Косяк двери, которая вела в комнату, был так низок, что мне пришлось наклонить голову. Это была скорее не комната, в её обычном понимании, а мастерская. Анатолий произнёс: «Знакомьтесь! Маэстро Сегеда — художник. А это Лили — наша обаятельная, юная манекенщица». Мы подали друг другу руки. Прекрасная традиция, представлять человека не только по имени, но и по роду занятий — жива в Киеве и по сей день. Находившиеся в комнате, а их было трое, поочерёдно подошли ко мне и представились: Сергей Гета — художник, Вячеслав Новиков — пианист, Игорь Стариков — актёр. Они с любопытством смотрели на меня, но держались просто, без всякого позёрства, с чувством собственного достоинства. Пройдут годы — и время подтвердит, не без оснований, справедливость моего интуитивного предположения о том, что в этой мастерской на Рейтарской провидение не могло собрать случайных людей. Одни станут известными и даже признанными, а кто-то и покинет этот мир... Светлая память!
Валерий предложил выпить чаю, и мы охотно согласились. Пока хозяин был занят чайными приготовлениями, я стала разглядывать мастерскую. Стол, простое кресло, пара стульев — вот и вся спартанская обстановка. Никаких излишеств или мещанских атрибутов. Было ясно, что мольберт, хотя и стоит у стенки в углу мастерской, занимает здесь главное место.
Валерий, искоса глядя на меня, разлил чай по чашкам. Это не был взгляд мужчины, просто обратившего внимание на красивую женщину и начинающего обычный ритуал ухаживания. Это был взгляд художника, отмечающего весь «предмет» в целом: причёску, цвет волос, фигуру, линии костюма до мельчайших деталей и запах духов. Он как будто поверял какой-то внутренней своей, только ему известной системой, какой-то холодной алгеброй, внешнюю красоту. Я, в свою очередь, обратила внимание на его выразительные, завораживающие движения — лёгкие, лаконичные и в тоже время исполненные «магической силы».
Приходилось ли вам, уважаемый читатель, наблюдать за работой хирурга, игрой музыканта, манипуляциями циркового артиста? В движениях представителей этих и ряда других профессий есть нечто, что их всех объединяет: в них нет ничего лишнего. Рука творца, держащая кисть или рука скульптора, сжимающая зубило и высекающая божественное творение из холодной мраморной глыбы, перед которым в немом оцепенении тысячи лет спустя будут завороженно стоять потомки — знают только одни движения, отточенные, выверенные до мельчайших подробностей, ошибиться они не имеют права — это руки профессионалов! Добавьте к этому ощущение таинственной, притягивающей силы, которой обладали руки Сегеды и вы получите хотя бы приблизительное представление о том впечатлении, которое я получила во время нашей встречи.
Руки В. Сегеды являлись важной составляющей, но отнюдь не доминирующей особенностью его облика. Руки, жесты, походка, позы — всё было пронизано особым содержанием. Казалось, перед тобой разыгрывается неведомый доселе ритуальный, колдовской танец, источающий магнетизм и очарование. И даже паузы, которые Сегеда допускал в общении, обладали особым совершенством. Они возникали именно там, где нужно, и длились ровно столько, сколько времени требовалось слушателям, чтобы осмыслить очередную сентенцию, несущую огромный информационный или эмоциональный заряд, высказанную, как всегда, в неожиданной, изящной и пластичной форме. При этом голова Сегеды была учтиво склонена к собеседнику. Этим жестом он как бы давал понять: «Говорите, мне интересно и Ваше мнение».
Беседа началась, а правильнее сказать, продолжилась как-то сама собой. Протекала, естественно, на полутонах. От теплоты обстановки и горячего чая я испытала смешанные чувства: прилив сил и одновременно приятную расслабленность. Возникло чувство единения — будто мы давно уже знали друг друга.
Глядя на лицо Валерия, с его ясными, живыми глазами, на необычную конусообразную форму головы, я задавала себе вопрос: «Где я могла видеть раньше этого человека?»
Лицо Сегеды, выражение глаз менялись с неуловимой скоростью. Та же скорость присутствовала и в направлении мысли. Когда речь зашла о «Каббале» — науке о числах, взгляд Валерия стал отрешённым, как будто он видел то, что не позволено было видеть нам. Он упоминал имена Пифагора, Аристотеля, Платона, Сенеки, Монтеня, Канта — «все они изучали число, но я рискнул пойти дальше»... Мгновение спустя он загадочно улыбнулся и добавил: «Корнями своими число уходит к ацтекам и ещё дальше...»
Погружаясь в неведомую науку о числах, мне пришлось сосредоточить всё своё внимание. Валерий почувствовал моё напряжение и неожиданно предложил посмотреть его живопись. Передо мной одна за другой появлялись картины. Лаконичность мысли, поэтическая символика, тонкая, изысканная палитра мастера создавали ощущение волшебства.
Сейчас, по истечению многих лет, когда я вспоминаю это время, эти дивные пейзажи и особенно «грузинскую серию», написанные чарующими красками, в памяти встаёт лицо Сегеды-романтика, раскрывающего передо мной зелёную калитку. У Уэллса есть рассказ о том, как один человек в детстве открыл попавшуюся ему на пути зелёную калитку и оказался в неизъяснимо прекрасном саду, где на цветущей лужайке играла золотым мячом чёрная пантера. Воспоминания о чудесном саде настолько завладели душой героя, что идут годы, а он всё ищет зелёную калитку. Однажды ему кажется, что он видит её... Вот она, эта калитка! Он открывает, делает шаг и... проваливается в бездну!
Расставание было тёплым и дружелюбным. И в конце фраза Валерия: — «Лили! До пока-а-а!»
Мы вышли из мастерской, и, наскоро распрощавшись с Анатолием, я направилась домой. Мне хотелось как можно скорее остаться наедине с собой. Тёплый ветер дул в лицо, поднимая в воздух опавшие листья. Я чувствовала необыкновенный прилив энергии, казалось, ноги перестали чувствовать почву и я не шла, а парила над землёй...
г. Рига, август 2000 года.

 


Послесловие Маэстро


Я верю. Вернее, я теперь знаю. У нас есть Храм. И там есть лестница, ведущая в Небо. И это есть на нашей территории. Пока это секрет для многих. Не все ещё доросли, чтоб вместить. И я в том числе. Но надежда есть. И есть люди, которые помогут. Главное — искать. И найдёшь себе на ж...у приключение. А потом, спасая свою задницу, будучи нищим и загнанным, вдруг откроешь такое, что и не снилось.
Ракеты, НЛО, роботы, техника, наука — всё вдруг станет таким простым и понятным, как маленькая ладошка ребёнка в песке, которую надо очистить, чтоб река жизни текла свободно. Так приходит раскаяние, так приходит чистота, так приходят слёзы. Не плачь. Ты не один, человек. Ты один! Что хочешь теперь, то и делай! Но разве я спасал только свою шкуру? Разве я не пи...ил с двух рук своих «поводырей»? И разве я ещё не ударю? Вернее одарю. Подарю что-нибудь может быть. Но это я так сказал. Для кайфа. Проводка бы только выдержала. А она выдержит. Её недавно поменяли. Впрочем, как скажут профессионалы. Я вас слушаю? Говорите! Конечно, лучше бы было ЖИТЬ, а не ВЫЖИВАТЬ. Но как договориться?



 

Валерий Сегеда

От автора

Я должен предупредить Уважаемого Читателя о том, что эта книга, которую Вы держите в руках, суггестивна и всё, что связано с фамилией Сегеда так или иначе будет взаимодействовать с Вами, если Вы отважитесь пуститься с нами в её поток.

Незатейливая простота порой парадоксальных вещей и высказываний есть часть методики художественного, не формального, а живого общения с миром Мастера Сегеды. Для тех, кто интересуется художественной практической психологией творчества, кто изучает глубинную психоаналитику, сравнительную философию, просто любит жизнь и здоровье во всех их многогранных проявлениях — эта книга.

Мастер Сегеда, обладая силой исцелять болезни и недомогания своих современников, применяя живой магнетизм своего труда, дает через эту книгу ещё несколько путей к духу. Достигая физического здоровья мысли, Вы получите в возвратном потоке новое здоровье, новую надежду и мужество для новых творческих подвигов.

«Где кончаются дороги мысли, там начинай внимать. Где слова перестают выражать, там начинай созерцать!» — говорили старые мастера. Мастер Сегеда сказал: «Я полностью сбросил свою кожу. Осталось только настоящее, живое!»

 

Песня

Видел славный я дворец Нашей матушки-царицы. Видел я её венец И златые колесницы.

Все прекрасно, — я сказал И в шалаш мой путь направил. Там меня мой ангел ждал, Там я Лизоньку оставил.

Лиза, рай всех чувств моих, Мы не знатны, не велики, Но в объятиях твоих Меньше ль счастлив я владыки?

Царь один веселый час Миллионом покупает, А природа их для нас Вечно даром расточает.

Пусть певцы не будут плесть Мне похвал кудрявым складом. Ах, сравню ли я их лесть Милой Лизы с нежным взглядом.

Эрмитаж: — мой огород, Скипетр — посох, а Лизетта — Моя слава, Мой народ И всего блаженство света.

Иван Дмитриев, 1794 год.

 

Похороны Сегеды (сон)

Мне приснился сон. Что стою на аллее кладбища. На каменной плите могилы была выбита только одна цифра «13». Я уже было собрался уходить, как вдруг заметил на земле листы исписанной бумаги. Кое-где слов уже нельзя разобрать. Текст был такой: «Украинский художник Валерий Сегеда родился... в обычном городе, обычной семье среднего достатка, православной. Назвали его Валерием, то есть... Дед его и бабушка выходцы из Венгрии по отцовской линии... Крестили Валерия в... В семье почитали образованность и... Год спустя, добившись... Отец... Валерий Сегеда относился к породе неутомимых тружеников, чьими стараниями выросла и окрепла... Он не знал покоя — работа отнимала всё время и силы. Валерий как большинство мальчиков, брал пример с отца, переняв его лучшие черты. Скромность и смирение служили ему всю жизнь. От матери же унаследовал деловитость и практичность, упорство, выразительную речь, наполненную яркими оборотами. И от обоих родителей перенял лучшие черты — честность и прямодушие. Благодаря им он впоследствии умел распознать любое лицемерие. Он был натурой застенчивой, упорной, цельной и самое главное — любящей, не скрывающей своих чувств.

С детства рос серьёзным и прилежным. И не по годам умным. Первым среди сверстников схватывал суть увиденного и услышанного. Один из его коллег вспоминает: «Стоило Валерию появиться среди нас, как нас будто что-то подгоняло, и мы торопились бежать к делу, чтобы не растрачивать время. Сдержанность и прилежание не мешали Валерию развлекаться с друзьями бесцельно. Он играл в волейбол, катался на велосипеде, бродил пешком, интересовался философией творчества. Он любил природу, животных, детей. Городское общество знало его в основном как художника и психоаналитика. Дома он держал много музыки, книг... Была у него коллекция... Увлекался серьезной философией, наукой... Просиживал в библиотеке. Очень рано познакомился с Толстым, Руссо, Вольтером, Ши-Тао... Но есть и ещё одна черта Валерия Сегеды, особенно дорогая сердцу художников, томящихся от не свобод. Он знал, что означает страдание, и умел страдать. Я — ученик Валерия Сегеды. Его стараниями я возвратился на ниву настоящего творчества. Я, как и Сегеда, не удовлетворился наносным, поверхностным творчеством, которое предлагало современное общество. Я попал под влияние модных в ту пору течений, но потом, так же как и он, свернул на тропу своих поисков. Не укажи мне Валерий единственно верного пути, я бы, подобно большинству сверстников, продолжил бесцельное существование, исполненное тихого отчаяния. Или, поддавшись духу времени, избрал бы какое-нибудь новомодное верование, удобное душе, например — погоню за славой, деньгами...

Теперь моя непременная цель — донести до людей творчества учение Валерия Сегеды, поделиться тем, что стало моим достоянием.

Я верю, что благодаря творчеству Валерия Сегеды, на здешней почве расцветёт плод древнего, высоко духовного творческого метода, глубин которого Украина раньше не знала. Этот метод родился в безмолвном сердце мастера, вдали от суеты и гордыни человеческой и по природе своей он не от мира сего...»

Дальше текста было не разобрать. Шли цифры. Резкий звонок выхватил меня из сна. Звонил Сегеда:

— Алле! Вы что, спите ещё? Как для Вас! Даю новое

направление мысли!

— Подожди... Я только что... Мне снилось, что ты

умер. Плита там. Ученик какой-то Никифор читал надгробную речь... Что это?

— Мудила, ты переутомился. На хера тебе всё время быть в ролях, брать в голову. Всё должно быть чисто! Я вижу! Ты слышишь? Ты — слово! Я — картинка! Утром встал чистым! Где я? Кто я? Я чист! Всегда! Я свободен! Ты понял меня?

 

Страшилки

«Тебе позволено: иди И завладей его душою И, если можешь, поведи Путем превратным за собою».

Гёте, «Фауст»

 

Слабость

Мне Хлоя сделала Решительный отказ. В досаде на неё И горести безмерной Вчера я говорил: Уже в последний раз Был в доме легковерной. А ныне поутру, Не знаю как и сам, Опять я там!

Иван Дмитриев

 

№ 1

Иногда зазывают в гостьи, Чтобы убить и сожрать чьи-то кости.

№ 2

Сидя в парикмахерской, В ожидании своей очереди, Я случайно открыл журнал,

Где писалось О жизни и смерти

Фасбиндера.

Это было шестого июня, а тринадцатого была

пятница — День Черной Луны.

№ 3

Кто напрягает,

Тот и убивает,

И тихо лампочка перегорает.

№ 4

Не помнящий себя,

А помнящий лишь зал,

Похож на помешавшийся

вокзал.

№ 5

Раз женщина, То с ней обращаясь,

Ты говоришь От культа всех мужчин.

— Понял!

— Пока земляне не научатся отличать смертное от жизненного, они не смогут стать на сторону жизни. Те, кто на стороне жизни, знают, зачем они здесь и что им надо делать. И они стараются убить смерть, отогнать её от себя, не допускать. Все остальные ещё не знают, что им надо делать. Смерти всё равно — умно говорят земляне или нет, богохульно или праведно, смерти всё равно — подавляют себя земляне или вмешиваются в чужие дела.Смерть всегда бодрствует, это сама бодрость, сама терпимость. Многим надо называть слова, авторитетные из прошлого, но что такое слова. Или деньги. Я открыл ключ к жизни, перерождения заново. Тридцать лет жизни ушло на это, чтобы убедиться в правильности выводов.

Двадцать лет практики ушло на то, чтобы адаптировать учение к землянам. Сейчас я — носитель уникальной традиции. Но кто из землян может перенять её? Кто может за него заплатить? Старанием, усердием. Вот хожу. Пристально вглядываюсь в жизнь. А есть ли жизнь? Мы связаны с циклами планет и космических процессов, потому что мы живая вода и на 80% состоим из жидкости. Эта живая вода просвечивается разными флюидами звёзд.

№ 6 То культ отца, То матери,

То сына,

Как тонки и незримы переходы.

№ 7

Только полотна я тронусь, Тронется весь мир со мной.

№ 8

От мозга Профессиональных

любопытов Улыбкой детской мастер

прячет Чистый дзен.

№9

Старинный замок.

Комната с камином.

Мужчина и женщина

Держат за руки

Друг друга.

Пламя огня похоже

На замысловатую спираль.

Темно.

Он — король. Она — королева

 

Горбатая

Мне было совсем плохо. Не ладилось на работе. Не было здоровья. Усталость. Безнадёжное, механическое влачение по серым будням. Ностальгия. Неясность будущего.

Как-то раз весной, в кофейне на Пушкинской я познакомился с Сегедой, а уж через него с Горынычем, Дуче, Горбатой, Тамармихалной и др. С этого времени жизнь моя медленно начала приобретать какой-то ясный смысл и очертания. Не скажу, что всё было ровно и гладко, случались очень страшные и неприятные истории, из которых надо было выходить самому и с помощью самых близких родных, но все эти события были закономерным выходом из застоя, мертвенного сна, в который я незаметно для себя впал, а может, помогла Горбатая. Горбатая была и есть у всех в жизни. И у Сегеды, и у Абрека, и у Горыныча, и у Дуче, и у Тамармихалны. Была она и у меня, хотя я не знал, что она давно при мне, что она поедает меня, что она следит за каждым моим шагом, движением, жестом. Показал мне её как-то Горыныч — и с тех пор я вижу. Абрек сказал: «Слюшай, нэ грусты, да. Зэрно обладаэт свойством надольга сохранат и вьнофь вассаздават жизн, умнажая её. Сэмя — растэние — сэмя составляйют извэчный круговорот, который свидэтэльствуэт о нэскончаэмости жизни. Путём еды и питья к этому працессу приобщаютца и люди.

Яйцо — это тоже сэмя, зэрно, и оно обладаэт тэми жэ удывитэльными свойствами, что и сэмя: оно сохраняэт, содэржит и воссоздает жизн. Яйцо — знак бэссмертия.

Яйца умэрших продолжают жить и могут заставить зэмлю родить? Нэт. Так давай выпьем за то, чтобы у нашего зэрна никто нэ смел забирать жизнэнност бэз нашего на то согласия!» Мы выпили и закусили.

Горбатая лукаво усмехнулась, но напряглась и отошла подальше.

«Это ещё не всё, — сурово прошептал Дуче, — их целый легион. Не убийц, нет!» Я насторожился. На улице темнело.

 

№ 10

Лето. Дождь. Двое спрятались в

подворотне. Бархатные виноградные

листья Изумрудно свежи.

№ 11

Уколол шип розы,

Сердце разморозил,

Теплая кровинка

На стекле витрин,

Где же янь, где — инь?

№ 12

Вдыхаю время Через токи тела,

Берёзы рядом

Золотятся ярко.

Последней желтизной

Листвы летящей

Прощаясь с этим временем

навек.

№ 13

В Киеве снег

Начинается стих

Белая гвардия

Дни Турбиных.

 

Порядок Сегеды

— Так, соберись и назови мне три цифры от 0 до 13-ти.

— Это что, гадание?

— Не отвлекайся. Я открыл духовный ген. Разложил его.

Обычно его синтезировали, но я, повторяюсь, разложил его

по числам. Итак, твоё число? Первое?

— Ноль.

— Второе?

— Восемь.

— Третье?

— Двенадцать.

— Нормально.

И тут Сегеда рассказал такое... «Что это? — думал я. — Паранойя? Вера? Будущее медицины XXI века?»

— Я, повторяюсь, занимаюсь этим уже 30 лет. На Украине мы занимаем четвёртое место по этой теме... Есть такие люди, которых я поднял. Умирали от рака. Перечитали всё, все слова оказались пустыми. А я их поднял, потому что они доверились моему числу, моему порядку. Потом говорили:

«Сработал твой порядок числа!»

— Но... — начал возражать я, поскольку успел на своём веку повстречать массу врачей-шарлатанов, экстрасенсов, врачей-йогов, магов, харизматов, просто, как потом оказалось, больных людей, одиноких и несчастных, — как это понять? Почему об этом никто не знает?

— Почему никто не знает. Кто со мной работал, все знают. А разве все открытия Леонардо да Винчи сейчас помнят? Пользуют? Тот, кому ты нужен, найдёт тебя. Я никогда насильно никому ничего не навязываю. Общаюсь со многими. Но не многие знают, кто я. Я меня люблю. Я у меня один.

— Я понимаю, что ты шутишь. Но если это научно, почему

не заявить об этом официально?

— А зачем? Жизнь вынуждает жить. И тот, кому надо, найдёт меня. Я повторяюсь. Вот ты, думаешь, случайно оказался на Пушкинской? А?

Я внимательно смотрел на Сегеду. На кого он похож? Казалось, я знаю его сотни лет. Лицо матери Терезы, Пабло Пикассо, Мефистофеля. Лицо менялось ежеминутно, оно было не застывшей маской, а живой. Вот оно совсем мальчиковое, хитрое и лукавое, озорное, шкодливое. Вот оно строгое, беспощадное, трагическое, глубоко печальное. Кто же он, этот Сегеда? Шестидесятилетний старик? Тогда откуда у него такие резкость и лёгкость в движениях, как у тридцатилетнего? Откуда такой оптимизм, жизнелюбие, напор, уверенность? Откуда такая ненависть к затхлому, мертвенному существованию города, желание помочь найти себя каждому? Над этим предстояло думать.

 

Песня

Всех цветочков боле Розу я любил Ею только в поле Взор мой веселил

С каждым днем милее Мне она была С каждым днём алее Всё как вновь цвела

Но на счастье прочно Всяк надежду кинь К розе как нарочно Привилась полынь

Роза не увяла Тот же самый цвет Но не та уж стала — Аромата нет!

Хлоя! Как ужасен Этот нам урок Сколь, увы, опасен Для красы порок.

Иван Дмитриев, 1795 г

 

№ 1

Позволь себе роскошь

Подумать хоть раз

Час.

№ 2

На землю

Клён Софии

Листы свои роняет,

И к небу синему

Он ветви простирает,

И солнца ищет,

И звезду зовёт,

Но корень клёна

Глубоко в земле живёт.

№ 3

Зачем ходить в театр и кино, Когда на улице давно оно

 

До востребования.

Прозерпине

Я прошу согласовать строго биополе с теми, с кем мне приходится сталкиваться на Земле.

Силу надо совершенствовать до окончательного формирования её обладателя.

Нельзя сделать Вызывальщика за короткое время — нужны годы, чтобы землянин почувствовал уверенность в своих действиях.

Ведь так было с каждым из нас после того, как мы пришли на Землю.

Из-за перегрузок и цензуры землян мы вошли в тело чистыми листами, чтоб потом, научившись у землян жить поземному, понять свои задачи, связавшись со своими.

Ты потихоньку готовила нас морально, ведь сила — это твой Дар и мы начали вбирать её по капелькам, как вбирают земляне молоко матери.

Сегеда — это венгерская фамилия.

Сила — это от тебя. Если её нет от тебя, механическая накачка может погубить тело. Даже земляне знают, что такое сидеть у ног Учителя и просто быть в его ауре.

При энергетическом воздействии на их организм Учитель называет энергии, которые вызваны биополем учеников, и они приходят.

Так Вызывальщик имеет свои тексты связи с тобой и слова, вызывающие согласие.

 

Пиросмани не смог прокормить себя кистью

.

Когда мы улетали на Землю, ты сказала: «Помните! Там учитель ваш один — смерть. Другого способа связаться и понять меня не будет. Информация будет искажаться из-за специфического удаления Земли от центра. Смертный землянин не станет живее, если будет говорить только о смерти. Он должен собрать все силы и оттолкнуть смерть. Смерть будет говорить с вами. Прислушивайтесь к каждому её слову, ловя каждый её намёк. Если вы пропустите намёк смерти, слово смерти, взгляд смерти — вы погибли. Вы не сможете реализовать то, что я просила вас сделать!»

 

№ 4

Загорать под солнцем В начале декабря Не так уж мало.

№ 5

Новости: Забытые чувства Готовятся к зиме.

№ 6

Придёт... Наступит Время

И стоит

И смотрит

Что вы с ним

Будете делать?

И когда оно исчезнет

И вы станете

Свободным от его плена

Что вы будете

Тогда делать

В безвременьи?

 

Монолог почти Чацкого

Всё. Конец. Кажется умираю. Убивают. Не дают выжить. Разум никому не нужен. Всё. Казалось бы, чего тебе надо? Сидишь себе как королева на троне. Но нет, мужчина не нужен, он должен быть уничтожен. Поднялась. Убивает. Кто? Самка. Мясо. Вонь. Непроходимость. Клоака. Человеческий череп, мозг — всё гнилое. Резать. Только металл. Хирургия. Отсечение и отделение себя от гнилого, разлагающегося. Поймали живую душу и теперь её травят. Телом своим поймали и в тело заключили. Что мы есть в сравнении с силой Высшей? Ничто. Холодею. Стыну. Ну и что, что я ещё работы сделаю. А что мне? Общаться не с кем. Никто не слышит. Каждый слышит себя. Кисть не могу взять. Не могу себя заставить. Болит правое плечо и под правой лопаткой. Лучше вокзал. Как Лев Николаевич. Понимаю его. Вокзал и уехать куда-нибудь. Рельсы свеженькие, свеженькие, блестящий металл. Она из своего подсознания мастурбирует на меня, а мне плохо — убивает, что я член только. Нет. Я убью за палитру. Я убью всех, кто мешает художническому во мне. Я не член. Моя сцена — холст. А я никак не могу взять кисть в руки и стать ведомым. Не могу выдавить тюбик с краской. Бежать. Спасайся кто может! А кто может? Тянись, а не ной. Стать достойным. Чего, зубатой? Вони. Разложения. Неги, которая убивает своими лжесладостью и усталостью в членах. Осень. Остужусь. Всё. Работать будете без меня. Оставляю вас на 2-3 года. Посмотрим, как вы без меня выживете. Рельсы. Вокзал. Панель. Дом Шевченка последний раз увижу. Зайду напротив в мебельный магазин и пощупаю креслице. Для своего будущего кабинета. Спрошу у продавца о расцветках, ценах. Полюбуюсь новыми обивками. Выйдя, увижу закат. Тучи на золотом новеньком блещющем экране здания. Многолучевая звезда — ёж на вершине золотой конструкции — ощетинилась на киевскую осень. Рядом — высокий, зелёный ещё тополь и сухое, без единого листочка дерево, корявыми чёрными ручками тянущееся к небу. А в подворотне, на экране сквозного выхода из тупика — луковичка ставшего под закатным солнцем красным золотом — София. Нет. На вокзал. Рельсы. Куда-нибудь бежать.

 

№ 7

Ты улитка,

А я путана,

И глаза у меня

Как у невыкакавшейся

кошки,

Я живу в спичечной коробке, У меня красивые ножки.

Их четыре И зовут меня Сороконожка.

 

№ 8 Господи!

Ты дал нам время? Или мы сами у себя

Его отбираем? Время Вечного Блаженства!

Призвание тела — поедание.

 

Метод Сегеды

Не содержит элементов традиционной религиозности. Он почти не говорит о Боге или Абсолюте вне человека. Сегеда постоянно подчёркивает, что «кайф» идет изнутри, что он вырастает или раскрывается на почве «Я». Слово «я» он произносил чаще любого другого слова.

Сегеда спрашивает: «Кто ты внутри?»

Кто творит, рисует, говорит, пишет?

Ищи своё.

В какую рамку себя поместишь, таким ты и будешь.

Вазари, Джотто, до жути!

Поиграй на зурне.

О зерне.

Бред? Нет.

Поэзия чистого файла.

Пушкинская. Труба. Сарафанчик.

Труба. Сарафанчик. Пушкинская.

Иногда Большая Житомирская.

И всё?

Да пошли вы все! Дайте мне селезня! Алле! Селезень? Это маэстро. Приготовьтесь к луже, скоро буду!

Доктор Сегеда шёл и видел.

Чёрные осетра на белом снегу, жабры как объективы фотоаппаратов открываются. Дышат на Крещатике. В витрине гастронома. Свежая рыба.

У Томаса Мора были утопические морщины.

Как там у Баха? Та-та-та татата!

Четыре. Но вообще твоё. Один отстал.

А что видел, Дали у Гали,

А Гала у дала,

А гал у гав.

Га?

 

«Умеренность во Всём при Разуме Высшего Благо. Ошибки снимают Истинность и подсовывают Аффекты. Хочу быть в Боге и не Грешить. Постоянно ощущаю свою Испорченность. Нет во мне Доброты Должной. Заниматься Делами Разными и Быть в Разуме. Ничего не Прибавляется, а только Убывает. С Каждым Днём Близится Конец. Он может быть в Любой Момент. Только в Сознании, что Искупление — есть Стремление Земного Бытия — можно обрести Гармонию с Миром. Всех Прощать — Уступать. В Главном Быть Крепким... Главное в Быте — не желаю Встрясок и Изменений в Корне. Что я приобрёл в Самборе? Начатки Мудрости. Это до Конца — Путь к Мудрости, параллельно с Глупостью. Всё надо называть своими именами. Исчерпывать себя нежелательно. Экономить себя нежелательно. Экономить Энергию. Это то, Что в Себе Должно поощрять: Для чего? Для Всего! Жизни радоваться, а не копошиться в Страстях и Желаньях Низменных. Секс-Энергия. В Творчестве Энергия — это Возможность Созерцания и Воспроизведения. Накапливая Энергию, ею можно Пользоваться с Успехом. Любая Перегрузка — Нежелательна по Своей Сути.

Было время, когда стремился я оживить Угасшую Жизнь в Себе — Это был Момент Дичайшего Истощения Плоти чрезмерными Удовольствиями. Полтора Года в Самборе Жил Надеждой Подсознательной, что Вот Оно Придет — Исцеление! Пришло и Осознал, что Не должно делать. Это Убеждение, Это Находка, Это Жизнь! Ещё Не поздно быть Использованным Собою для Творчества! Поощряю себя в этом плане, но недостаточно крепок. Отпускаю себя!

А Страдания воздают по Заслугам! За всё Расплата. То, что я Творчески Работал последний период в Кутаиси, всё благодаря Частичному Разумному Образу Жизни. Если бы я Мог быть Крепким! У меня было Значительное Время Разумного Бытия, был Счастлив, затем сам себе, как Враг ставил подножку и Влачил Жалкое Существование.

Может Самоосквернение Плоти Желательно? Чушь. Попустительство в Самоудовлетворении — грех. Когда бывает хорошо, обязательно желаешь сам Всё испортить. Это в природе Человечества. Искушение в момент Просветления. Сколько идёт сил на Познание Ошибки? У большинства Вся Жизнь — Ошибка. Вместо Целесообразности в Деяниях Психика находится в самоанализе и, если Организм достаточно Сильный, находит Рано или Поздно То, что Перечеркнуло Разумное Существование Индивидуума. Быть благодарным Богу за Просветление и стремиться к Крепости — правило, которому должно ежесекундно предаваться. Так как время лечит всё, то верить в возможность очищения вполне реальна, если жизненное личное существование не на закате. Уступая слабости, погибаешь безнадёжно, если поощряешь последнее. По-настоящему начал радоваться жизни в конце Самборского периода, в момент удаления от секса. Это самая большая ценность, которую я там приобрёл. Убеждение. Открылась как бы новая жизнь, то есть та, которую желал. Это и есть Прошлое, Безгрешное и Безмятежное. Счастье больше состоит в довольстве от самого процесса Жизни, чем довольства личного, значит Истинность образа жизни Неоспорима! Я против болезненного образа жизни. Мало у меня болезней! Добавлять ещё одну, разрушающую изнутри — Наивысшая Глупость. Но все мы — дети Глупости! Господи, прости, если грешен!

12 февраля. Киев».

Из дневников В. Сегеды

 

Сегеда — психоаналитик

Так бывает. Открыл себя как художник, думал, что художник и всё, а оказалось, что ещё тянет заниматься наукой. Так случилось с Сегедой. Он стал психоаналитиком. Так жизнь повернулась. Он читал о том, что многие учёные работали с числом. Некий Мохаммад Сидик Афган, например, основал математическую философию. Журнал «Уральский следопыт» за июль 1991 год писал: «Тема его научной работы: «Теория чисел в философском аспекте и её применение для прогнозирования событий». Цель исследований: установить скрытые закономерности, по которым совершаются события в природе, обществе и жизни человека. Научную работу Сидик ведёт по нескольким направлениям:

1. Установление взаимосвязи истории и математики. Учёный проанализировал историю родного Афганистана, историю России и СССР. Составление прогнозов политического и социально-экономического развития страны. С помощью теории чисел он исследовал взаимоотношения Востока и Запада и спрогнозировал их изменение. Есть у него прогноз развития событий в Восточной Европе.

2. Исследование роли числа в жизни человека, семьи, коллектива — предсказывается их будущее. Важный аспект этого направления — значение математики в борьбе с преступностью.

3. Изучение взаимоотношений естественных и гуманитарных наук на основе теории чисел, прогнозирование будущих ситуаций.

4. Определение взаимосвязи духа и материи — пожалуй, самый мощный поиск Сидика». )

На Украине, в Киеве, группа учёных тоже билась над расшифровкой и синтезом генетического кода. Сегеда же нашёл свой способ, как его не синтезировать, а разбирать по полочкам, собирать заново и заставлять жить новой жизнью. Возможно, Сегеда тоже получит когда-нибудь Нобелевскую премию и будет под защитой ЮНЕСКО как достояние всего человечества. А пока он, Сегеда, работал и работает как художник и как учёный-психоаналитик над тем, что такое ген во времени, какова его «подлоговая книга». В поисках своего порядка, цикла прошло тридцать лет. Сегеда понял, что болезнь века — нравственная пустота, пресыщение — лечится упорным порядком и цифрами, которые он открыл. Но чтобы сделать шаг в сторону улучшения своей жизни, надо для начала этот порядок принять. И вот здесь начинались проблемы. Не все люди, оказывается, хотят жить. Это было самое неожиданное и грустное открытие. Такой Хронус!

 

Мы долго лежали повергнуты

в прах,

Не мысля, не видя, не слыша, Казалось, мы заживо тлеем

в гробах, Забита тяжёлая крыша...

Но вспыхнувший светоч вдруг

вышел из тьмы, Нежданная речь прозвучала И все, встрепенувшись,

воспрянули мы, Почуяв благое начало.

В нас сердце забилось, дух

жизни воскрес И гимном хвалы и привета Мы встретили дар просиявших

небес В рождении слова и света!

Алексей Жемчужников, 1897 г.

 

Из рассказов Горыныча

 

Число один

«Ненормативная прикладная лексика».

«Я твою маму...»

«Отсосиновик, я сказал!»

«Прокляну всем Израилем!»

«На х... с пляжа, я сказал!»

Эти и другие крепкие выражения Горыныч употреблял, когда дело шло, работа спорилась. Почему он выбрал именно эти выражения, одному Богу известно.

Было понятно, что «ритуальное сквернословие», «глумление» для него — это способ неформального взаимоотношения со святыми, в частности с «Я» некоторых людей, с ко-торыми он общался. Крик, шок, мат — это тоже способ выведения из тупика левого полушария— логики, через стресс.

Изощрённое богохульство Горыныча — это не анархизм, не хулиганство, а борьба с ложью, формализмом, механикой без чувств. Даже Христос эпатировал всех, перевернув столы в храме и прогнав торговцев. Богохульство Горыныча доходило и до оскорбления им же любимых людей, привычек, страстей. У присутствующих или слышавших это в свой адрес появлялись атомы трансурана, неспособные к распаду и потому способные проводить сверхрадиоактивную космическую энергию-дух. С помощью этой энергии даже «никакой» человек превращался в «золото», хотя когда подача текста прекращалась, человек опять становился «металлом» или «менталом», если угодно. Алхимия Горыныча — это химическое действие плюс священное действо, это постоянное общение с «душком» того, кто стоит рядом с ним и борьба за его жизнь происходит даже цитатами из «Книги проклятий».

 

Из жалости я должен быть жесток.

Шекспир, «Гамлет»

 

Животная проза

и декаданская поэзия

Одни — двуногое, пасущееся стадо Без дум, надежд и грёз, которых людям надо. Не зная ни тоски, ни порываний

ввысь

Они как бы в грязи для грязи родились. Так есть животные, которым

воспретила

Природа подымать к небесным высям рыла.

Другие — до того чуждаются земли, Что в мир неведомый из нашего ушли. Когда их над землёй, как духов

носят крылья

Они со своих высот, из рога изобилья Нам сыплют песенок летучие листки. И ропщем мы: зачем рассудку вопреки Нам эти пряности и эти карамели Меж тем как досыта и хлеба

мы не ели?

Итак — две крайности. Когда одна

из двух, Иль обе вместе наш пленять

желают слух — Та хрюканьем свиным, а эта

птичьей песней Решить я не берусь, из них что

интересней. Лишь люд бы людом был! Вот

отповедь моя! А птицей и свиньёй... уж птица

и свинья.

Алексей Жемчужников, 1896 год.

 

Из дневников Сегеды

 

«Горынын рассказал, как он играл в волейбол: «Меня на пляже называли «шарик», потому что я был лёгок как шарик и мог брать такие мячи, которые не берутся. Я не засыпал, был как профессионал и затыкал мячом любого. На песке, на пляже играть очень тяжело. Место себе сам пробил в волейболе. Как дал пас, все сказали: «Мы с ним будем играть!»В свой железный круг мы не пропускали никого, любили играть в воздухе и не принимали тех, кто вбивал в землю. Шла страшная тема и все чувствовали, как мы противостоим толпе.

 

Сегодня решил писать эту толстую тетрадь. Дневник мой будет продолжаться в 4-й раз. Необходимость писания выяснил тем, что ощущаю реальную помощь от чтения написанного ранее».

28 октября — понедельник, Кутаиси, 10 часов вечера.

 

«Господи! Спасибо тебе за всё!

День прошёл очень хорошо. С 10-ти утра до 1 часа дня тренировался в зале...

Все идет на должном уровне.

Культ Чего-либо не должен быть.

Живу Грузией и насыщаюсь. Встаю рано и резко включаюсь в Жизнь.

Усилием воли можно себя возвышать.

Вперед, ни шагу назад.

Примириться с устройством Жизни и помнить, Природа-Дом и Кров. Культ Жилища упразднить и использовать Жизнь с пользой для Духа и Плоти. Это деятельный период Жизни, а к старости Духу отдать все силы Плоти.

Господи! Прости меня грешного!»

9 ноября — суббота, Кутаиси.

 

«Господи! Спасибо тебе за всё!

Работал с Джейраном на Красной реке 4 часа. Погода выдалась солнечная и безветренная. Вчера работал 4 часа. Усилия прикладываю Значительные. Говорил с Джейраном по Душам. Парень он хороший. Могу ладить и не размениваюсь. Начало есть, хочу видеть окончание своих трудов.

Требовательность к себе ежеминутная. Идти в Разуме вперед — накапливать багаж:. Переваривать буду позже. Воображение обволакивает и Захватывает в своем бездеятельном состоянии. У меня деятельный период — Писание Картин требует определённого подхода. Работаю на Пленэре очень мало. Если в году один месяц — это даже много. Мало того, что над натурой почти не работаю, еще лишаю себя Пленэра. Живопись — Труд. Из этого понятия и исходить. Режим труда везде должен быть.

Господи! Прости меня грешного! Слаб и окаянен. Невоздержан и не смирился. Научи меня, Господи, и Обращусь. Плох всем, но не намеренно. Заканчиваю читать Вольтэра «Философские повести». Свой Потолок ощущаю. Господи! Обогати Духом и Познанием.

В занятиях Живописью Успех может быть лишь в том случае, если занятия регулярны. Тренировка и Форма Художественного Мышления — Основа. Смелость и Обдуманность в Работе. Ремесло требует Мастерства. Можно быть и легким, и Тяжёлым, Ярким, Тёмным, но Главное — Настоящим! Работать, как каторжник в развитии Холста, не оглядываться на сделанное. Любование — окончательная отделка Картины. Законченность — Относительное Совершенство».

11 ноября — понедельник, Кутаиси.

 

№ 1

Всё умещается во времени

И за него не выходит?

А за временем что,

Вечность? Чего?

Бесконечного времени.

Для чего?

Время — троица:

Начало, середина, конец

Из круга жизни,

Переход к кругу смерти

Или бессмертия?

№2

Время течёт и даёт

Ждать и отбирать,

Уйти из хаоса жизни

И созерцать поток

Вечного времени,

Творящего жизнь.

 

На рынке лжеучителя

Лжеучителя подстрекают «учеников» на то, чтобы для удовлетворения своих естественных импульсов любить как можно больше людей. Это безответственное и неправильное переупрощение эзотерического учения о сексе.

Да, большинство людей маскирует страх перед своей глубокой интимностью, но это не значит, что надо пуститься с кем попало в бурный, беспорядочный, избыточный, истощающий секс.

Пара должна постепенно чувствовать и уравновешивать свои тонкие внутренние энергии, а не действовать на уровне своих тел, удовлетворяя снова и снова одни и те же секспобуждения.

В отношениях надо найти безусильное, алхимическое изящество. Если в духовном плане стоит «блок» на такие отношения, то какие могут быть гармоничные отношения вообще. И еще Вы можете и не встретить гармонично созвучную Вам половину.

Или встретить и расстаться из-за сильных жизненных коллизий и т.п.

Поэтому нужны спокойные, стабильные отношения. Обмен энергией без сексуальных отношений и есть элемент культуры.

При одном человеке вы становитесь талантливым, спокойным, гармоничным, а при другом больным или начинаете считать, что вы любите больше и обвиняете. Это показатели, что вы не подходите друг другу. Многие не хотят иметь никаких взаимоотношений, потому что не могут любить никого. Всю жизнь они презирают, стыдятся, ненавидят своих самых близких, не способны любить даже своих детей. Они хотят любви, но сами любить не могут. Только болезненная ненависть. Нет любви. А если они вступают во взаимоотношения, то обманывают и себя, и половину. Хочется одного, а всю жизнь делают другое. Двуличность, эгомания. Безразличны или раздражают таких людей все окружающие, с которыми их не связывает выгода или инстинкты.

Духовный же человек осознаёт: да, они чужие, но умирают так же как и я, они часть меня и моя молитва едина с их молитвой.

 

«Господи! Спасибо Тебе за всё!

Сегодня совершил работу над пейзажем «Имерети. Селение Чома». Без определённого плана работать трудно, но из всего можно сделать вещь. В Тбилиси поездку перенесу. Завершу работу, тогда имею право на отдых. Завтра ещё один пейзаж: начинаю. Господи! Помоги!

От Наташи письмо, жалобное. Везде плохо. Господи! Укрепи и Научи меня грешного!»

13 ноября — среда, Кутаиси.

 

«Господи! Прости меня грешного.

Трудился на речке 4 часа. Работу продвинул. Напишу пленэрный пейзаж: до конца — до конца. Эмоции поднимаю Извне. Пишу скользящим зрением. Вошёл в образ, вжился. Мотив простейший. Пишу найденным своим методом — Текучести. Параллельно начну ещё один пейзаж. Видовой мотив без мудрствования. Внутренне наделю эмоциями бытового характера.

С натюрмортом кручусь — добавляю и докомпоновываю. Обычное, виденное меня не устраивает. Не желаю так, как есть! Это Идеализм. Все переделывать так, как я желаю, это и есть Художественный подход. Размышления не уместны в решении делать или не делать. Быть в Художественном Мышлении и Равновесие не покинет Душу. Сомнения порождаются неуверенностью в Необходимости Чего-Либо.

Заниматься Живописью рискованное мероприятие, так как Она — порождение праздного ума.

 

№ 3

Не вестись на ритм

временщиков

Они конечны

Творчество бесконечно

Даже в бою

Держаться за блаженный покой.

№ 4

Зеркало времени чистое

Жить можно только

красотой и истиной

Другое не сохранит и не

удержит Жизнь, что дана.

 

«Господи! Спасибо за всё!

Трудился на речке. Сделал Алла Прима пейзаж в романтическом стиле (один сеанс, с предварительной подкладкой). Еду в Тбилиси, с заездом в Сурами. Со мной Джейран. Огради меня, Господи, силой Честного Животворящего Твоего Креста. Прости, Господи, меня грешного».

17 ноября — воскресенье, Кутаиси.

 

«Господи! Спасибо Тебе за всё!

Вчера приехал с Джейраном в Тбилиси. Ночь не спал. С утра начали работать в крепости Нарекала. Встретился с Геной Чирадзе и Айвенго Челидзе. Ходил к Метехской Церкви и по старому Тбилиси. Ел хинкали с Венго. Был с Джейраном в Сионской церкви и Анчисхатской колокольне (1642 г.). Ночью бродили возле фуникулёра по узким улочкам. Ночевать устроились на туристической базе втроем. Господи, прости меня грешного. Научи и вразуми. Дай силы и сердце чисто созижди во мне и Дух Прав обнови в утробе моей».

19 ноября — вторник, Тбилиси.

 

«2 часа Библиотеки Музея Изобразительных искусств. Работал на берегу Куры у Метехской Церкви. Кое-что снял. Джейран показал грузинские чеканки (v—vii века). Очень доволен виденным. Эмали прекрасные. Живописные иранские работы: «Девушка с зеркалом», «Девушка с бубном», портреты во весь рост, писанные на гладком полированном грунте. Графичны. Из всех работ — классика привлекательнее.

Техническая сторона работ на пределе. Холст для работы подготовлен так, что его поверхность не мешает исполнению, а содействует. Очень приятно, что созерцательная сторона воспринимается с лёгкостью. Глаз скользит и впитывает все изображённое, а не пытается Рассмотреть изображение. Любование без помех и Наслаждение — суть и ценность произведения. Наслаждение от Зрелища, а не мучение должно быть Основной Задачей Художественного Произведения.

Все работы грузинских художников 14 века (портретная живопись) исполнены в классическом стиле. Из старых художников XX века очень хороши Кикодзе, Гудиашвили, Ахвледиани, Кахабадзе».

20 ноября — среда, Тбилиси.

 

«Господи! Спасибо Тебе за всё!

Путешествие закончилось. Ночью, пригородным поездом «Тбилиси — Вале», добрался до Хашури. Затем отправились в Сурами (5 км). Музей жалобный и мёртвый. Памятник Лесе Украинке никчемный. Леся Украинка была в Кутаиси в 1913 г. В музее есть холст Ахвледиани — Леся сидит в качалке в садике у дома, где она работала и скончалась».

27 ноября — среда, Кутаиси.

«Господи! Спасибо Тебе за всё!

Любая творческая деятельность на природе выше, чем сюсюканье схоластическое в мастерской (в том случае, если работа пейзажного характера). Я не имею в виду Выдуманные Решения Формалистических направлений — только Реализм.

Пишу много и продуктивно. Погода благоприятствует пока. Усложнил пейзажи (ввел животных). Картинность в холсте, а не Этюдность должна Преобладать. Тренируюсь. Стараюсь быть в форме. Нападение и есть защита. Буду писать портрет отца. Это последняя живописная работа Здесь. Время моё на исходе. Думаю 27-28 декабря уехать в Киев».

28 ноября — четверг, Кутаиси.

 

№ 9

Не скучай, смотри

Время дало тебе:

Дыханье, зренье,

Возможность писать обеими

руками,

Слушать шум за окном... И ещё жить.

№ 10

Сознанье — фотоплёнка,

На которую время

Проявляет себя,

Печатая фотографии

На память живым.

На плёнке есть всё.

Не засветите.

 

«Господи! Спасибо Тебе за всё!

Трудился на речке 4 часа 30 минут. К концу работы расписываюсь и чем больше вхожу в холст, тем больше вижу Что Должно Исправить. Пленэр облегчает задачу во всех отношениях, т.к. Богаче Природы Ничего Нет.

Подменить рассудочным Мышлением писание в манере Алла Прима противоестественное. Реальное Писание имеет свою специфику. Если работа Рассчитана во времени и требует Энергичного подхода, то Письмо выбирается соответственное, без тщательной отделки деталей. Фактура грубая, построенная на мазке. Думаю, что Работа с Натуры, Списывание Насущно Необходимого. Как Необходимое правило — для лессировочного письма Необходимо обрабатывать холст Идеально. Поверхность холста Должна быть безукоризненной. Получил от Наташи Письмо. Благодарит за посылку со специями. Сообщает, что в кинотеатре «Киев» экспонируются работы и моя «Цхал - Цители».

Господи! Дай мне силы и Разумение. Укрепи и научи».

29 ноября — пятница, Кутаиси.

 

«Господи! Спасибо Тебе за всё!

Был на Вернисаже — взяли 3 работы. Они висят в Украинском музее. Они висят две вместе — натюрморт с корольками и индустриальный пейзаж: (в зале Кричевского) и на окраине старого Кутаиси (в новом зале на 2-ом этаже).

 

Цельпнеру подарили часы. Всё очень мило.

Владик сдал экзамены — неожиданно пришлось срочно готовиться к отъезду.

28-го утром, в 10.38 выехали. Попутчиком был Толя-искусствовед. Выходил в Сочи. Вымок. Погода скверная. Утром в 9.30 приехали в Кутаиси. Мама с папой встретили. Взяли машину и благополучно добрались до дому. Вещей набралось 9 мест. Я остался верен традиции...

Дома ожидал стол!

Ходил с мамой в город и на базар. Живописно. Был в библиотеке и взял «Исповедь» Петрарки, Шолом Алейхема «Детские рассказы» и «Записки коммивояжера».

Господи, вразуми! Дай силы и укрепи меня грешного. Дружил с Колей Пхакидзе, Джейрана не застал ни в театре, ни дома. Нази с детьми и Кукури живут и радуются.

Заканчиваю этот Дневник и начинаю Новый.

Личной жизни, Человеческой — Нет. Страх есть. Но и Вера Есть. Господи! С Твоим Именем только и могу существовать!»

30 января — пятница, Кутаиси, 9 вечера. 12

 

«Господи! Прости меня, Грешного. Б.Гр. 2 раза. Один раз сам. Плох всем и Окаянен. Зачем Всё Это? Так и не отвечу никогда. Замкнутый круг. А плоть требует. У меня было Неспокойствие и Хотение. Во всём, только Служением перед Господом, Истинно. В молитвенном состоянии мало. Всё в воображении. Это навязчивые идеи. Этот берёт Своё. Я давно не Голодал?!

Господи! Вразуми меня Грешного!»

14 сентября — вторник, Киев, 11 ч. 30 мин.

 

№ 11

Время убить нельзя?

А если его не замечать?

А если забыться в

творчестве?

А помолодеть лет на двести?

Или младше Адама стать?

Вопросы?

№ 12 Можно выдержать время

Без движения, И задвигается время

Недвижимое, Даже время мыслей

Кончается, Когда приходит свет.

 

На уроке медицины профессор Золотоворотский, как всегда взбешённый яростной борьбой со смертью, остервенело ревел своим витальным регистром на наши ленивые, как он выражался, души и головы, вбивая законы здоровья, гармонии и омоложения: «Вы все, кретины, трупы, я вас ненавижу. Я, старый пердун, с 3-х часов утра плаваю в бассейне, потом — железо и т.д. А вы? Вы же помираете от «стопа!»

Профессор сделал небольшую паузу, лукаво взглянул на наши остолбенелые тени и интригующе сказал: «Видите, как мне приходится выводить вас на нерв, раздражать вашу печень, чтобы стимулировать нагрузкой ваше полусгнившее сердце. Как сказал Гамлет Офелии: «Из жалости я должен быль жесток!» Да, дорогие мои, реанимация — дело строгое, а настоящее лекарство всегда горькое, это вам не слюни пускать перед молоденькими барышнями в кафе «Перекуси в поле», как шутят наши юмористы. А, раздражая сердце, бью вас по печени, и вы станете сейчас у меня малокровными и худосочными.

Это я для того делаю, чтоб вы не злоупотребляли «низом» и не снижался ваш интеллект, я же из вас, идиотов, которые умирают в нищете, сейчас сделаю, если не начнете бороться за жизнь!

Но заметьте: богатые начинают плакать. Если вы зажиреете, я вас снова сделаю «свободными от шлаков», как говорил Робин Гуд — наш шпион в Англии в средние века. Я тогда скажу: "Выбросите ваши «капиталы» в мусор, в унитаз, раздайте людям, ибо вы из-за этого стали нездоровы на голову или ниже. Подойдите к унитазу и шлакуйте на здоровье, но главное — чтобы это было естественно и всегда был чистый унитаз. Всегда!»

Перенапряг центра искривляет все круги и смещает точку равновесия. Грузите мозг — бьете низ: импотент, гений, бесплоден, безумен. Гений и безумие на одной грани.

Гармония же, равновесие — все центры работают нормально!»

 

№13 Господи!

Сегодня на Экране Времени

Что ты мне дал для жизни

Я видел и запомнил:

Красоту своей жены

Татьяны, Внимательный взгляд

Виктории,

Напрягающий тон Валерия,

Надёжный жест Владимира,

Мокрый осенний асфальт,

Песни по радио,

Тишину,

Большую Медведицу за окном. Спасибо!

 

Сегодня профессор Золотоворотский длил мысль дальше. «Вот возьмём, ленивые вы мои уроды, айкидо! Лечит знаете от чего? От шизофрении, то есть учит, как говорят в Одессе, «йоге». Что есть (опять коснусь перевода санскритского корня «Йудж») значит «соединять». Учит, чтоб мухи и котлеты были вместе, а не отдельно. Вы меня понимаете?» — лукаво улыбнулся он.

Мы с Валерием переглянулись. "Нет, вы точно отупели, господа новые украинцы! Ну-ка, приведите мне примеры мягкого шизоплясия, когда ум используется отдельно от тела, или, как говорят в Одессе: «Вы страдаете даром?»

— Читать книги и думать о том, чего нет, — промямлил я...

— Работать безвольно, стараться уснуть, когда ум рассержен, стараться чувствовать или играть, что ты здоров и у тебя нет проблем, беспокоясь о деньгах, о завтрашнем дне, о смерти. Идти вперёд, постоянно оглядываясь назад, стараться успокоить других, когда сам в ужасе, — четко формулировал свои мысли Валера...

— А вы не совсем спятили, господа ? — похвалил нас профессор Золотоворотский и добавил, — но думать, что у вас есть воля, когда вы больны — тоже самообман. И учить других любить, когда сам ненавидишь — тоже!

Наступила грустная пауза. Профессор спокойным жестом аскета вытащил носовой платок и начал тщательно вытирать вдруг запотевшие стёкла своих очков... «Так вот, — продолжил неожиданно для нас профессор Золотоворотский, — когда я прощался со своим учителем айкидо, то он мне так и сказал: «Я ухожу, а ты это будешь помнить. Ум и тело становятся единым, когда ты любуешься красотами Природы; сидишь под чистым небом и наблюдаешь за звёздами. Продолжая мгновения слияния с Природой воедино, твои ум и тело гармонизируются. Природа-мать даст тебе естественный покой, как море даёт штиль и все корабли стоят. Не причиняй беспокойства Природе, не вибрируй, не меняйся, не нарушай ничего — хоть час в день, и тебе не страшно будет вернуться в мир зла, агрессии, войны. Потому что ум твой будет как зеркало горного озера, в которое смотрят только Солнце, Луна и Звёзды. Увидь Природу во всей её правоте! Это и будет православие, ведь ты же живёшь на Украине, где было когда-то истинное православие!»

Профессор Золотоворотский продолжал: «Поймите, есть и «Само ки хаи», и «харакири», и самоистязания, оскопления, изуверства, фана-аскеза и т.д. Это когда человек уже так перешёл вправо, что не чувствует боли. Он — маньяк. Он как под наркотическим опьянением находится: не спит, возбуждён, может ходить по лезвию бритвы, глотать огонь, резать, распинать себя, давать себя насиловать и ничего его телу не будет. Но весь секрет в том, чтобы войти в этот кайф-самогипноз и выйти, если требует дело, а не оставаться в нём до смерти, как это делают сумасшедшие. Например, в Индии, в 1967 году в Джамшедпуре случилось такое. Два брата, слепо веря, что Шива избавит их от безнадёжного долга, решили выполнить закон: «Чтоб получить, сначала — пожертвуй» и приняли «здравое решение» — отрубить себе головы. Младший брат погиб, а старший выжил и получил срок за убийство. И правильно: раз — старший, значит должен соображать хотя бы на два хода вперёд: «Кто же на безголовый труп теперь наедет с долгом и будет учить его искусству выживания «Ки Хац» ? Поэтому, господа, любящие проявлять слабость в ритуальных самоубийствах с кровавыми жертвоприношениями Шиве, вас дезинформировали. Чандика бук «Безумная», ипостась Парвати, жены Шивы, даже в «кровавом для женщины» состоянии отдавалась, жертвовала себя Шиве, когда он её хотел, а не потому, что она отрезала себе голову. Правда, от этого её поступка у многих доморощенных шив головы ехали надолго. Хотя от отчаяния бывает и не такое!»

Сегодня нам с Валерием профессор Золотоворотский читал курс лекций по выживанию.

«У наших японских друзей есть прекрасная школа выживания «Ки Хац», ей более пяти тысяч лет. В переводе означает «не выдыхай всю силу» или «учись жить и не терять, а наоборот — набирать, даже в невыносимых условиях». Так вот, некоторые Великие Психиатры Земли, я имею в виду Правительства разных стран и народов, в разные времена учили людей своей страны «не спать», «не умирать» по-разному. Не будем вспоминать времена Чингисхана, подойдём ближе к нашему столетию. Адольф Гитлер, чтоб поднять дух вымирающей нации, решил развязать войну со всем миром. Начав, он отдал всё в руки Бога. Выживут немцы — значит, достойны жить, не выживут — слабаки, то есть по Законам японской школы «Ки Хац» — толкнул народы развивать искусство быть неуязвимым и выходить невредимым из самой экстремальной ситуации, как физически, так и психически. Иосиф Сталин хотел создать Великих Посвященных своим путем и устроил «Ки Хац» в лагерях.

«Посвящение непосвящённых» устраивается правителями раз в несколько лет, чтобы не вымерли все. Так, времена «великих чисток в Китае», «голодоморов на Украине», «перестроек в СССР» — всё это одна школа «Ки Хац» и «Афганистан периода Брежнева», и «Афганистан периода Любителя женщин Клинтона» — все это — «Ки Хац». И Вьетнам, в котором так не хотели становиться настоящими воинами дети богатых мира сего — «хиппи», наркоманы и слабаки, — всё это «Ки Хац», только это надо правильно понимать.

Если бы вожди не устраивали революций, войн, Олимпийских Игр, гонок, по Земле передвигались бы жирные уроды, головастики на хилых ножках. Но, конечно, надо знать меру и ясно понимать: «Этот «Ки Хац» или «Ки Буц» не по мне, потому что он заканчивается спуском курка у виска или крематорием, или автокатастрофой и т.п. Поэтому человек вправе выбрать себе сам своего Будильника или как раньше говорили Будду, в современной интерпретации — диктатора основного режима, как хорошо показал одного из таких Коппола в «Апокалипсисе сегодня».

Выбирай и позволяй себе взаимоотношения с Вождём и Учителем Сам и так их застраивай, чтоб не пришлось тебе быть Каином и не убивать зажравшегося извращенца и маньяка, ибо сказано же «НЕ УБИЙ!»

1998 г. Киев.

 

Палитра тонов Сегеды

Тон № 1 «Сердитый»

 

«Посадят в реал, да будешь думать только о батоне да о деньгах. Будут говорить тебе: «Стань туда, сделай то-то!» А может они от дьявола, от человекоубийцы, может они хотят исполнять похоти отца своего. Изначально не устояли в истине ибо нет в них истины. Может, когда они говорят, то это ложь. Внушают ложные мысли, злые желания? Клетка денег непобедима! Им ритм даёт Космос и всё, они — под «крышей». Но я нашёл свою «крышу». Но чтобы летать, надо гири иметь. Надо, чтобы на Земле посадка была. У меня она есть. У меня есть знакомый «гоблин», так он ест только семечки и делает себе «концлагерь» — улицу, вокзал, как цыгане от гордыни, чтобы набрать силы — силы голодного. Тогда он непроходим как клинок, как дамасская сталь. Но я прохожу эту «клетку». Я хочу иметь удовольствие, но остаться живым. Я в экстремуме живу. Подыхая. Тебя убивают, а ты — терпи, учись жить. Твой разум устарел, потому он не выживает в современном мире. Эго — стал тем-то, а дальше — стал тем-то. Это тупик. У меня — что в начале, то и в конце. Я не ставлю цель, я пишу и всё!

Вначале была жизнь. С этого надо начинать, этим и заканчивать. Точек соприкосновения с жизнью нет у многих. Или только когда плохо и мама не кормит. Это последнее дело Шерлока Холмса перед тем, как уйти навсегда. Душа каждого человека имеет свой собственный способ. Хватит читать книги и завидовать другим сумасшедшим. Надо самому жить. Всё, ни слова о тварях. Сегодня мы в открытом Космосе. В Киеве много ворон. Одна подняла орешек и стала кружиться над асфальтом, потом бросила его, и он раскололся».

 

 

Тон № 2 «Ностальгический»

«Я — абрек. Кавказ. Грузия. Гоги. Муртаз. Важа. Кетено. Нуну. Нани. Мэри. Натэла. Джвари. Сиони. Гелати. Моца-мета.

Слышишь, какая сила горцев. Они торжественны и делают всё, будто тосты говорят. Но жажда жизни губит. Толкает на воровство. Сколько воров? Каких я только в Глевахе не выслушивал. Они очень хитрые. Они сами себе признаться не хотят, что они недееспособны и нарываются, чтобы это им доказал медицинский авторитет. Подключаешь их к их же компьютеру. Потому что до этого они работали не на свою программу. Заболел. Мозги разбросаны. Нет центральной идеи, нет стимула, греющего душу. Разуверился. Мучает себя и мучает всех. Но голова неплохая. Ставлю ему разумный смысл жизни, код, защитные цифры, чтобы никто не смог войти в его программу, выгоняю старый вирус, который был вставлен на поражение, смерть для него, его самого. Теперь пусть учится сам себя защищать по новой программе Сегеды. Раз! И поставил другую картинку в «концлагере». Не жду, не выполняю программу «подождите», а живу дальше. Чего ждать смерти? Пусть у них картинка не сходится. Да больные следят за каждым твоим движением! Розу Кулешову убили одной установкой: «Докажи свой феномен!»

Я ему говорю: «Ты ещё не умер, ты в коме, но я верну тебе душу, которая напугалась до смерти и не хочет здесь жить. Сила покидает тебя, когда ты видишь кого-то сильнее, богаче, здоровее, красивее тебя. Оградись мною. Духом. Защитником оградись. Мать будила тебя мягко и ласково, а кто-то один раз разбудил тебя ударом, и ты не успел войти в своё тело до конца. Войди. Я возвращаю тебе тебя».

 

 

Гражданин

Я ль буду в роковое время Позорить Гражданина Сан И подражать тебе,

изнеженное племя Переродившихся славян?

Нет, не способен я в объятьях

сладострастья, В постыдной праздности

влачить свой век младой И изнывать кипящею душой Под тяжким игом самовластья.

Пусть юноши, своей не разгадав

судьбы Постигнуть не хотят

предназначенье века И не готовятся для будущей борьбы За угнетённую свободу человека.

Пусть с хладною душой бросают хладный взор На бедствия своей отчизны И не читают в них грядущий

свой позор И справедливые потомков

укоризны.

Они раскаются, когда народ, восстав,

Застанет их в объятьях праздной неги И в бурном мятеже ища

свободных прав В них не найдёт ни Брута, ни Риеги.

К. Рылеев, 1825 год.

 

Тон № 3 «Творческий»

«Сюр-человек, как декабристы, мечтает, грезит свободно, как ребёнок. Всё делает странно, необычно, отрываясь от серости быта. Говорит сюрреалистично. Это не издевательство. Просто не употребляет пустых, мертвых слов, устаревших, избитых. Он только кажется утратившим связь с реалом. Ему надо всё «полапать» своими руками. И всё в одну сторону. Главное — не свернуть на проторенную дорогу к смерти. Лучше строить глобальные планы, искать новое мышление, раздувать амбиции, чем гнить заживо. Не ограничиваться своей профессиональной средой: пусть актер пишет книги, а художник крутит фиги, пусть жизнь бурлит. Как сказал А. Бретон в 1940 году: «Каждый был, есть и будет сюрреалистом!»

Практика искусства должна продолжаться до тех пор, пока она не войдёт в подсознание.

Сознательные движения медленнее, чем подсознательные.

Если вы тренировались правильно, то придёт время, когда вы будете использовать искус-

ство, двигаясь рефлекторно.

Невозмутимый ум не означает, что ум неподвижен.

Наличие боли в искусстве не вредно для тела, а хорошо для здоровья.

Если ум остановился на мгновенье, искусство перестанет подчиняться вашей инициативе.

Творить искусство не с помощью грубой силы, а используя дух.

111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111112
222222222222222222222222222222222222222222222222222222222222222222222222222222233333 333333333333333333333333333333333333333333333333333333333333333333333333333444444444 444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444445555555555555 555555555555555555555555555555555555555555555555555555555555555555566666666666666666 666666666666666666666666666666666666666666666666666666666666666777777777777777777777 777777777777777777777777777777777777777777777777777777777778888888888888888888888888 888888888888888888888888888888888888888888888888888888899999999999999999999999999999 999999999999999999999999999999999999999999999999999101010101010101010101010101010101 010101010101010101010101010101010101010101010101111111111111111111111111111111111111 111111111111111111111111111111111111111111112121212121212121212121212121212121212121 212121212121212121212121212121212121212131313131313131313131313131313131313131313131 31313131313131313131313131313131313



Чистый экран


Сегодня покупали Горынычу голубенький шкафчик. Несли его по эскалатору метро и вдруг он: «Не поворачивай головы назад! Как Орфей! Как только я увижу экран в п...е всё! Какая тантра! Ты ничего не создашь! 20 копеек в кармане и попьёшь воды из туалета! Экран, всё через экран! Как японцы. Кровь, слёзы, но всё — чисто, всё — за экраном. Запаяно. Японские красные эмали. Москва. Музей. Цикл закрытия колеса и потом включение его 30 дней. А Горбатая выводит тебя на реал, заземляет, даёт посадку. Договорись с собой. Не давай подсознанию командовать. Мужественность женщины — самая сильная штука. Отсюда — резкость удара, темперамент, гибкость, скорость, лёгкость. Потому что она — сама Природа. Она — живучее. Меня нет, я полностью автомат Женщины. Не я выполняю её команды, а она — это я! Сними глаз с п...ы! Все художники погибли на этом! Ты потерял движение! Когда появится движение, от тебя ох...ют и дома, и на работе! 24 часа надо вылезать из п...ы! Экран, как у ребёнка, чист! С утра ноги вытащил. Мышечными усилиями перекачал энергию вверх, в голову. Не применять даже слов женского рода, не Вселенная, а Космос. Вчера ты был банкрот! Ни одна не клюнула сама, а только отдавала приказ: «Сам ищи!», «К ноге!», «Сам меня бери!» Сама меня бери, падла, насилуй, если сможешь! Всё! Что, взяла меня? Х...я! Даже если на морду баксы будешь клеить, не возьмёшь! У меня свой цикл. Круг! Колесо! У них свой лунный! 28. Они считают и всё! А у тебя свой — 30 дней и чистый экран! На нём могут появиться твои, но когда ты захочешь, а не они! Отойдите! Вы застилаете мне Бога! А ты всегда готов и они тебя доят! Потому ты и делаешь коллажи, чтобы почистить экран. Такая у тебя планида: аэропорт принимает круглосуточно. А ты должен сказать: «Простите, вы ко мне?» А то привыкли, понимаешь, жрать. Дай чистый экран. Ничего свиноматочного. Никаких земных слов не допускать. Чистить самсары, экран. Ты должен возникнуть на экране. Считаться с нами должны. Экран твой. Ничего живого. Ты всегда один, но со всеми. А то ты всегда свободен для них. Пошли все на х...! Живут за твой счёт! Это они тебя зае...ли! Деловые! Они видят, с кем ты? Если с ними, то они тебя пользуют. Ты — наш, ты продал нам душу. Попался с утра и всё! Я не уступлю никому своих кислорода, экрана, коридора! Смыл всех в унитаз! Вот шкафчик купил, поставлю. Ошибка думать, что шевелящаяся материя — живая. Раз шевелится, значит — выдыхается! Когда месяц видишь только Космос, взгляд делается металлическим. Выводят тебя на себя, а ты не бросай свою картинку, слушай свою музыку. Не смотри внутренним взором на грязь. Не слушай внутренним слухом грязное. Всё! Я кончил!» С этими словами Горыныч сел в вагон со своим голубеньким шкафчиком, двери захлопнулись, и скоро на моём экране остались только чёрный туннель метро, рельсы, перрон.
Ночью раздался звонок. Звонил Горыныч: «Алле! Кто это? Я уже поставил шкафчик. Облапал его всего. Класс! Так вот. Художник должен быть по дзену пустым, чтобы потом заполнить себя прекрасным и творить. Но Панель через каждые 2 минуты заполняет своим мусором чистый экран. В произведение нельзя вносить Панель. Это — не жизнь, это — война. Но как, слушая Панель, не слушать её слов, а слушать свой файл? Для этого надо, чтобы слушал не я, а тот, кто имеет дело с Панелью, умеет с ней договориться, дурит её. Чтобы она думала, что тебя контролирует, а на самом деле делать только своё. Не позволять твою творческую энергию парализовать. Любая умственная жвачка Панели требует расхода энергии. Как не подключаться к ментальной переработке Панели. Надо решить: я ничего не слышу, только ложь, дезу, всё корявое. Поэтому я не буду просеивать каждое слово! Я услышу только одно: ты мне нужен! Художнику надо иметь духовную цель и тогда энергия устремляется к разуму не панельная, а духовная и своим добавочным воздействием побуждает его распознавать предметы в духовном плане на более высоком, дополнительном уровне. Панель ты уже прошёл! Ищи новое!»

Сегеда в чистом виде


Меня будут слушать все! Потому что я выхожу в эфир таким «Хочу жить!», что все просыпаются!»
Горыныч не прекращал делать попытки убеждать «нагвалей», что «переступая границу», он хорошо чувствует себя телом на Панели. Выходя на Панель, переходя линию, он глубоко дышал, расправлял грудь, его движения становились спортивными, уверенными и чёткими. «Нагвали» думали, что за всеми этими явлениями стоят сексуальные намерения, но это было не так.
Горыныч убеждал в том, что «переступание границы» благотворно сказывается на теле. «Переступая» её, не только чувствуешь себя моложе, но и становишься моложе. Такую силу имеет эта «граница». Горыныч демонстрировал, как он «переходит обратно»: плечи опускаются, углы рта опадают, глаза теряют свой блеск и т.д. Отрицать эти различия было невозможно. Горыныч «переходил линию» несколько раз в день, да ещё и на велосипеде, да ещё и в трусах. Это была его война, его «Йога», как хотите это называйте. «Всё! — говорил Горыныч — Поступаю на службу! Армия! Я взял скорость страшную! Я понял, что я на коне! Миллион баксов. На лето, осень. Режим. Встать по тревоге. Горн. Армейщина. Никаких договоров. Новый посыл. Можешь. Потом. Не допускай темы, что всё кончится миром! Без слова «враг» не работать! Другие слова не подходят. Я свои поступки больше не обсуждаю! Никто за кофе не будет платить! Старую свою манеру на х...! Никаких кульков, батонов! Я солдат! Инквизиция! Ровно 2 месяца, как меня нет! Нет супермаркета! Не своё они не купят! Энергетика не их. Они этим живут. Их круг. Мы же не такие, поэтому надо напрягаться, чтобы быть такими, как они. Мы появимся с этим результатом. Им нужно что-то прочувствовать как угрозу. Новая ориентация! Новая переработка мира! Мы должны быть неповторимы! Обратки на старое не будет! Моя жизнь — это новизна! Вынимай из ножен. А то: ты вышел, а потом в кусты. У тебя всё по-книжному. Мушкетёр, а шпага заржавела. Разговор строго в одну сторону: жить или не жить!»
Я думал, что Горыныч болен. Но Горыныч воззвал меня к разуму, юмору. Заговорщицким тоном и как бы с неохотой он говорил, что просто все врёт, притворяется, играет в помолодевшего, чтобы сделать приятное молодёжи, что он ещё крепкий старичок, и, если молодёжь не поможет ему «перейдя линию», он в любую минуту может свалиться без сил от того напряжения, которое от него требовалось, чтобы ходить спортивно, не сгорбившись.

Дуче
Дуче вообще был Страшен. Он говорил цитатами из Кастаньеды, но в то же время там было что-то и от него. Что-то новое и непонятное для меня. Поэтому я привожу его объяснения мира так, как я слышал от него.

Тон № 4, «Дуче»


«Я — «нагваль Дуче», я открыл существование новых методов оживления с помощью цифр.
Я один из «последних выживших». Когда я вернулся из «зоны», у меня был не только «новый взгляд» на «древних видящих», но и подробное знание их приёмов. Я видел «древних видящих гор» одним из последних выживших.
Я преподаю «новым воинам» новое! Я, «новый видящий», восстал против всех «старых методов» «древних видящих» и объявил их не только бесполезными, но и вредными для нашего существа. Я пошёл дальше. Тебе нужна моя энергия, потому что я — «нагваль». Тебе нужно немного энергии, чтобы закрыть свой просвет. «Древние видящие» были страшными людьми. Их цель была — доминировать, господствовать над всем и вся. Животный страх — вот что влечёт их больше всего. Он освобождает род энергии, подходящей для них. Их внутренние эманации укрепляются животным страхом. Они пугали тебя всю жизнь. Ты не упустил возможности быть напуганным до предела. И высвобождал энергию сильными эмоциями. Любовь здесь так же эффективна, как ненависть или страх, или печаль. «Древние видящие» пользовались твоими «неземными» качествами. Они потрясающие «разведчики» и «охранники». Они брали тебя в «союзники», а потом, играя на общих эмоциях, добивались полной фокусировки. В это время и происходил обмен. Тебе говорили многое, но главные секреты не открывали. Ты смотрел только на картинки, на результат. Тебе говорили: «Перестань создавать мир!». А я говорю: «Создавай свой мир!» Тебя обвиняли в том, что мир плох, потому что ты сказал себе, что он такой. А я говорю: «Говори себе, не говори, жизни это не прибавит, если нет цели жить». Тебе говорили: «Не верь глазам своим, а больше ушам». А я говорю: «Верь себе!». Тебе говорили, что единственная реальная энергия, которой ты располагаешь — это та сексуальная энергия, которую тебе подарили родители, даруя тебе жизнь. А я говорю, что есть и другая энергия, дарующая тебе жизнь.
Я весел и заразителен! Мой уровень энергии очень высок и по сравнению со мной ты кажешься старым и немощным. Важно, что я, твой родитель, заделывая живое в тебе, не был очень уставшим и скучным. «Воин» от «скучного урока» не будет иметь силы жить. «Одарение жизнью» — это не только сексуальный акт, как нагло лгали «старые видящие», это и физическое влечение, которым можно крутить как угодно. И прежде всего — удар духа, сметающий всю слабость плоти».


Тон № 5«Дуче» «Контролируемая глупость»


«Мои поступки искренни, но они— всего лишь действия актера. Для меня никто и ничто не имеет значения и ты в моей жизни — это контролируемая глупость, ложь. Я вру!  Всё, что я делаю по отношению к тебе или к другим людям — это ложь, глупость, потому что ничто не имеет значения для меня, кроме жизни. Моя воля контролирует глупость моей жизни, Для меня не существует пустоты, всё наполнено до краёв. Моя битва стоила моих усилий. Чтобы быть человеком знания, надо быть воином, а не хныкающим ребёнком. Надо биться, а не сдаваться, биться до тех пор, пока не станешь видеть, понимать, что ничто не имеет значения.
Я говорю с тобой, потому что ты меня смешишь! Я мгновенно наращивал твои страх и подозрительность. Чтобы ты видел, как твои эмоциональные состояния могут вырасти до почти неконтролируемых высот или падать до нуля, может быть, до нервного спазма, психоза, истерики. Во время «заимствования энергии» я сдвигал твою «точку сборки нагваля», чтобы задействовать эмоции внутри твоего «кокона нагваля». Затем я использовал всплеск энергии, высвобождаемый этими эмоциями. По мере того, как ты накапливал опыт, ты начинал светиться жизнью. Я подпитывал твоё внимание усилением осознания процессов жизни. Я подарил тебе Панель. Теперь ты можешь ходить «нагвалем» по Панели и, возможно, ты поймаешь где-то себе союзника, если тебе дадут это сделать «старые видящие». Когда ты умирал, то в момент смерти вся твоя энергия высвободилась сразу, внезапно, после целой жизни бездействия. Ты должен знать, что этот путь ведёт к свободе, хоть он и заключён в ситуацию, созданную тобой. Единственное, что ты можешь решить, это выбрать, с какими союзниками тебе общаться, продлевать своё существование. Твоя энергия и энергия союзников должны использоваться для создания жизни, живого. Но это не значит только деторождение. Разве живое слово, дающее надежду и смысл жизни, менее значительно? Когда чувствующие существа общаются в духе, эманации внутри их коконов делают всё, что могут, чтобы одарить осознанием новое «нечто», что возникает между ними, новое, которое они создают.
Ты одинок? Ты умираешь без знания? Да ты просто состарился и у тебя столько жалости к самому себе, больше чем когда-либо. Ты чувствуешь, что выбросил целые десятилетия, потому что гнался за победами, а находил поражения.
Не впадай в детство! Иди опять на войну! Победишь или проиграешь — это одно и то же. Не бойся пустоты своей жизни! В жизни «человека знания», воина нет пустоты! Война наполнена до краёв. Для тебя битва жизни не стоила усилий, потому что ты побеждён. Наша судьба, как людей — учиться и идти следует так, как на войну. К знаниям или на войну идут со страхом, с уважением, с осознанием того, что идут на войну. И с абсолютной уверенностью в себе. Вложи свою веру в себя, а не в меня, учителя. Люби, но контролируй свою глупость, чтобы не заботиться об этом. Ты слишком много заботишься о том, чтобы нравиться людям или чтобы самому их любить. «Рожая» тебя, как своё «дитя», я ослабляю своё свечение, и у меня появляется тёмное пятно посредине кокона. Но я ничего с ним не делаю. Я снова стану беспристрастным наблюдателем, не буду выносить приговор, не буду брать ответственности за создание твоей гармонии. Теперь никто не сможет сделать тебя более гармоничным, кроме тебя самого. «Новый цикл», если он придёт, должен прийти сам по себе. Тридцать лет почти этими словами водил Кастанеда своих учеников по лабиринтам жизни и умер от рака печени. Я пошёл дальше него, дальше китайских мастеров. Я — «нагваль Дуче», но я иду от себя и только от себя!»

№1
Святые упаковывают энергию в костях и полостях своего тела. Святые выпаривают энергию в сердце и в голове в более очищенной форме.
Святые поглощают энергию из источников вне своего тела. Святые отделяют от семени тепло и гоняют его по орбитам. Святые трансмутируют тёплое течение в ментальную энергию — душу, а потом в чистый дух.
Святой знает, что энергия течёт в него из других и снова возвращается к другим.
Святой знает: во всех течёт единый поток жизни. Святой знает: взять у другого — значит взять у самого себя, потому что каждый является одновременно другим. Святой знает, что загрязняя чей-то поток, он загрязняет свой собственный поток.


Из дневников Сегеды


«Господи! Прости меня грешного! Слаб всем и окаянен. Трудился шесть часов. Работу над рисунком почти завершил. Тренировался два часа. Видел с утра Наташу. Вечером б/гр.


Господи, дай Силы и Разумение! Огради меня Силою Честного Животворящего Твоего Креста и Сохрани меня.
Мой гр. Был неизбежен. Имел потребность. Разум меня не покинул. Наоборот. В настоящий момент по нормальному. Господи, не оставь».
13 сентября — суббота, Киев (11 вечера)


«Господи! Прости меня грешного! Слаб всем и окаянен. Трудился 6 часов. Писал шрифты. Был у Наташи. Пригласила на рыбу. Не смог есть из-за присутствия Валентина. Начал дрожать и скис, а бежал... У меня появилась тоска по дому и я расстроился. У меня нет уверенности, когда к ним прихожу. В общем, только смириться и всё. Она хочет жить своей жизнью, а я не принимаю. Отца её и Валентина. Они как инородные тела. К ней же, и к матери её — нормально. Всё идёт прахом, так как я нервничаю.
Наташа сегодня едет в Венгрию на 10 дней. Пойду провожать её. Обещал. Одна мысль у меня утвердилась — её от меня вырывают. А так как я не могу её обеспечить, ничего не получится у нас.
Ехать домой и бросить всё?
Болит сердце.
Только с Богом молено ладить.
Ем мало. Вспомнил многое. Стремлюсь к О. Жизнь идёт Этапами. Один Прожит, планирую другой. Давно не был в Праздности.
К живописи вернусь. Это как Отдушина.
Закрепил пройденный отрезок времени. Забываю, что необходимо ложиться и тогда можно со стороны осознать и Разумно проследить Себя. Стремиться не к Наслаждению, а к избежанию страданий. Господи! Помоги!»
14 сентября — вторник, Киев (11 вечера).


«Господи! Прости меня грешного! Б. Гр. два раза. Один раз сам. Плох всем и Окаянен. Зачем Всё Это? Так и не отвечу никогда. Замкнутый круг. А плоть требует. У меня было Неспокойствие и Хотение. Во всём, только Служением перед Господом, Истинно. В молитвенном состоянии мало. Всё в воображении. Это навязчивые идеи. Этот берёт своё. Я давно не Голодал?!
Господи! Вразуми меня грешного!»
14 сентября — вторник, Киев (11 часов 30 минут).


«Господи! Прости меня грешного! Слаб всем и Окаянен.
Вчера, в 9.30 вечера приехал. Сутра был на базаре. Купил творога. В 10 часов пошёл в церковь причащаться. С батюшкой говорил насчёт икон. Матушке Ксении дал 3рубля и попросил молиться за Наташу и Евгению с чадами. Батюшке дал 1 рубль.
От Рубина письмо с фотокарточками. Вместо Джейран написала Манана... Очень мило. Мама прислала с письмом фотографию Нукри и Елгуджи. Сегодня вживался в город. Завтра Вернисаж. Гонорар получу в середине февраля. Ждать не буду. Едем с Владиком днями. Видел Лесю. Просила денег — отказал. Наташе не звонил. Леся сказала, что она болеет. Господи, вразуми меня грешного. Стараюсь быть воздержанным во всём. Заканчиваю Корину или Италию — Жермен де Сталь».
26 января — понедельник, Киев (4.30 дня).


«Господи! Спасибо Тебе за всё!
Был у Наташи вечером три часа. Обстановка тяжёлая, мне это всё ни к чему. Она тянет своё— Я Во Всём Виноват... Она болеет. У меня выхода нет — принять Реальность и жить Аффектом. Разум и Понятие — Суть вещей, а не Чувственное, поверхностное Существование.
Забываю — хлеб для Жизни... Отсюда всё и Начинается.
Только будучи в полуголодном состоянии Разум Бодрствует.
Господи! Вразуми меня грешного».
27января — вторник, Киев (9.45 утра).
«Господи! Спасибо тебе за всё!


«Об умении выключаться».


Две крайности: Деятельность и Созерцание. Два мира. Умение сочетать их есть Благо. Естественно понимаю Деятельное состояние как Плотское. Отсюда вывод: Движение— Материя. Находясь в Созерцании, в Духовном состоянии, суть жизни проявляется в Образности. Видение богаче и Истиннее.
Быть кем-то — Необходимость. Быть же постоянно в Необходимости — жестокий удел. Здесь возникает понятие выключения из Необходимости. Могу с уверенностью сказать: это понятие заключается в умении преодолеть страх. Что с этим связано ? Прежде всего страх Материален. Голод и Одиночество — вот его составные части. Преодолеть их — значит родиться и жить Истинной Жизнью.
Любая Деятельность требует отдачи и рассчитывает на Вознаграждение за труды. Занимаясь живописью, убедился, что мои побуждения связались с необходимостью считаться с окружением. Признал Рабское, однобокое Решение Материального Мира. Свободного Мышления Нет! Убеждён, Его Нигде Нет. Служить и подстраиваться — Удел Художника. Но можно в любых рамках быть Самим Собой! Здесь возникает понятие «выключаться». Только из чего? Из необходимости принимать как должное Труд. Сам процесс труда, усилий — это хорошо. Так же очень хорошо отсутствие всякого Труда. Два мира и два образа жизни. Вот в умении выключаться и переходить из одного образа жизни в другой и заключается Умение Разумно пользоваться жизнью».
16 февраля — воскресенье, Киев, 1 час дня.


«Господи! Прости меня Грешного. Слаб всем и Окаянен. Огради меня, дай Силы и Разумение.
Остался один. Так было, есть и будет. Не обольщаюсь Надеждой на Что-то Лучшее.
Наташка вчера и сегодня утром устроила истерики. Я балдею. Надоело. Ходил к Гале в гости. Мансарда очень хорошая и в отличном месте. Нет настроения ни писать, ни жить.
Вечер, 12 ч. ночи


Господи! Спасибо Тебе за всё!
После лежания с 11 вечера до 4 ч. 30 мин дня 22 августа я расслабил себя. Всё вспомнил и осознал. Программу надумал. Антагонизм постоянно будет между мной и Наташей по причинам Семейным. Прощать я просто так не думаю. Её уход из Лёлиной Мастерской и разговор с мамой меня обидели. Надоело мне её Давление. Я очень устал от мамы и Владика. Всё беру натурой и не выдерживаю. С Димой гулял долго и болтал. Тематика всё одна и та же — Женщина и Творчество. Мне контакт был необходим. После Наташиных выкрутасов было очень скверно. Я позволяю ей такое вытворять.
Правила:
а) всё в себе;
б) быть наготове ко всему;
в) в гости не ходить;
г) считаться с собой;
д) никого не подпускать.
Каждый прячется у себя в конуре. Может после радости всегда должно быть горе. Господи! Вразуми меня грешного. Дай Силы и Разумение. Огради меня, Господи, силою Честного, животворящего Твоего Креста и сохрани меня. Перегружать себя не стоит. Беру на себя значительную нагрузку во второстепенных делах. Всё воспринимать — утомительно».
22 августа — пятница, Киев (4 часа 30 минут).


«23 августа с утра ездил в Клавдиево. Собирал грибы. Почистил и повесил сушиться.
С Наташей конфликт. Тянет на меня и будоражит Скотину. Только с таких позиций идёт ко мне. Вчера выговорился с ней с откровением. Не желаю любовных отношений в форме полового акта. Надежды нет и чувствую безвыходное положение.
Господи! Прости меня Грешного. Слаб всем и Окаянен. Огради меня, Господи, силою Честного Животворящего Твоего Креста и Сохрани меня. Неделю не работал. Отдохнул. Программа всё та же.
а) книга, в декабре сдача
б) 2 холста 
Без труда буду только после того, как устрою свои финансовые дела. Надеюсь, все свои силы отдать писанию холста в размере 150x100 см, а может и больше. Проблема картины во времени 1-го года меня занимает и волнует».
«Господи! Помоги мне грешному.
С Наташей кошмар. Ходил в Союз Художников к Алле и Зое. Дружил. С едой воздержан. Вечером с Наташей гулял, но был плох. По мере сил докапывался до Самого Себя. Столько наслоений, что теряешь суть. Лечусь голодом.
Программа у меня значительная и есть необходимость её осуществить. Хочу ещё чего-то нового. Главное — видение.
От Знания Блаженства я не могу отказаться, а это меня заставляет упираться. Уступать приходится. Чем быстрее иду на это, тем мне же спокойнее.

Мося исчез. Мне жалко. Может это временно ? Любовь ? Господи! Дай силы и Разумение. Слаб всем и Окаянен».
Киев, 26 августа — вторник.


«13 мая 1970 года по приезду из Кутаиси с Наташей Фёдоровой расстался.
Июнь 1970 года, Киев, Ковязина Наташа Июль, Тома Кролевец, Пугой 1970, 1971 1971-72 — Кутаиси 1972-73 — август с. Локня 1973-74 — февраль, Киев
1974- 75 — сентябрь, Кутаиси
1975- 76 — январь, Киев, февраль Кролевец.
5 лет Тома.
С расставаниями
4 года.
1970/1980, июль — 10 лет ТАМАРА».
«Господи! Прости меня Грешного.
Трудился 6 часов 30 минут. Пишу в мастерской. Завершающий этап. Подмывает бросить — устал и порядком надоело... Это от слабости. Подошёл момент завершения картины. Всё это было до этого — Писание, теперь же Созидание... Всё зависит от Усилий, приложенных к самому себе. Что я хочу от холста. Изображение есть, но этого мало. Мне необходимо рождение Образа. Разница между чёрной работой и творческим моментом — это два этапа в писании холста. Осталось вдохнуть в него Жизнь.
Ходил с Владиком в библиотеку. Купили 7-й том — Античный мир — Библиотека Всемирной литературы. Очень доволен. Вечером гуляли по городу. Разговаривал с Катериной Тимофеевной и Верой Тимофеевной  Балабон. Тётя Шура кормит земляникой, я покупаю для неё изюм в шоколаде. Господи, прости меня Грешного. Слаб всем и Окаянен. С едой воздержан».
4 июля, пятница, Кролевец (11 вечера).



Великим мастурбаторам Заветы Дуче
Грустный рассказик


Один парень очень любил девушку. Но они были так бедны, что быт просто убивал их хорошие отношения. И тогда они приняли решение заработать много денег и спасти свою любовь. Нашлись люди, взявшиеся ему помочь, но в ответ от него требовали непомерную для него жертву — стать их рабом на всю жизнь и в обмен на это получить богатство. Парень отказался и от рабства, и от любимой девушки, и только одно спрашивал в молитве: «Ты где, Господи? Что ты на это скажешь?» Парня звали Нико. А фамилия была Пиросмани.


«От потери ци садится голос, пропадают нижние тембры, приходит апатия, потом недовольство всем, раздражительность, отвращение ко всему, связанному с основным инстинктом. В то же время в глубине начинается острая жажда и голод по удовлетворению основного инстинкта... Начинается чувство сожаления о произошедшей расточительности, вина, ненависть к себе, своему невоздержанию. Весь мир видится в серых, мрачных тонах. Появляется глубокий комплекс неполноценности.
Ошибка авангарда и андеграунда в том, что они хотели найти дешёвый и мгновенный путь к Богу, но несоединимое не соединится. Секты разрушают семьи. Обычно член семьи, попавший под «харизматику» секты, мафии, начинает в родных видеть греховное, бесовское, считая себя выше. Он начинает льстить себе с этого момента. Он впадает в гордыню. Он приписывает окружению те качества, которых в нём нет, и борется с ними. Он учит, исправляет, критикует, обличает. Приходит время и наступает трагическое разочарование. Он понимает, что ни он сам, ни окружение в глубине не изменились. Приходят призраки тех, с кем он вёл греховную жизнь и эти воспоминания тяжёлым комплексом вины мучают его. Человек человеку друг от Бога или враг. Общаясь, можно собрать осколки знаний о Боге, о предназначении человека. Мужской путь на Земле — это действие, но оно может быть или в Боге или от Дьявола. Надо выбрать. На двух стульях усидеть не получится. Сердце само подскажет, если оно не сгнило, не разложилось. Жизнь в Боге даёт Смысл жизни, общения. И бесы любят друг друга, но к чему это ведёт? К смерти, деградации,  голоду души. Многие, выбрав мир, а не Бога, стараются для мира, а не для Бога. Соединяют несоединимое. Тональ смешивают с нагвалем!»

В. П. Сегеда
Эстетика изобразительного искусства


1. Относительное совершенство.
2. Кроме эстетики есть ещё что-то.
3. Писать через рамки.
4. Идти через познавание.
5. Я нахожу и ищу.
6. Когда можешь делать то, что хочешь, значит, можешь де
лать всё, что угодно.
7. Идти через фантазию. Это тоже часть творчества, как и
всё остальное.
8. Можно себя заковывать, когда владеешь творчеством.
9. Сам всё выдумываешь.
10. Выжимать из любого подхода к творчеству удовлетворе
ние. Повторяю, личное удовлетворение.
11. Надо заставить себя удовлетворяться во всём по принци
пу: создать всё из ничего.
12. Можно из любого предмета создать произведение искус
ства.
13. Любить всё — это профессия.
14. С отбором и отношением надо обходиться осторожно.
15. Можно писать одну и ту же вещь всю жизнь.
16. Выйти из себя и посмотреть, что же ты сделал и оценить,
не боясь признать себя никем.
17. В конце концов всё никчемно. Главное — чтобы всё, что
ты делаешь было честно.
18. Если не боишься сказать себе: то, что ты хотел сделать в
том или ином произведении — ты сделал, то это и будет ис
тинное произведение. Остаётся добавить только, удовлетво
ряет ли оно тебя.
19. Если видишь своё несовершенство, это не значит, что
это ты сделал не искусство.
20. Один стремится к совершенству, другой к удовлетворе
нию. Я стремлюсь удовлетворить себя в какой-то мере. Счи
таю: совершенство — убежище неудовлетворённых.
Сегодня у меня то, чего хотел — на выставку пошли две работы. Вот и всё.



В.П. Сегеда
Этика


Наслаждаясь, получая удовольствие от природы, не пытаться, даже в мыслях, изображать то, что волнует, в упор. Жить холстом, наслаждаться тем, что делаешь. Идти через наслаждение: чем больше сам наслаждаешься, тем больше будут наслаждаться виденным другие. Надо растягивать наслаждение. Идти от мотива на природе как первоначального ощущения нового к дальнейшему пополнению ощущений через комплексы многодневных (1-2-3 дня и т.д.) ощущений. Идти через время. Протянуть через длинный промежуток времени то отношение к изображаемому, которое автору необходимо. Результат писания сводится к законченности, основанной на полном внутреннем удовлетворении. Относительность удовлетворения — это состояние опустошенности и неспособности и нежелании продолжать работу в результате изложения на данном этапе того, что автор намеревался сделать.
Все для искусства. Компромисс с чем-либо, даже намек на него, влечет за собой подделку под настоящее. Нельзя поверить человеку, который говорит, что ему приятно копаться в сточной канаве. Абсолютно очевидно, что истинное искусство идет через: хочу — люблю — получаю удовольствие. Если еще глубже взглянуть, то искусство — это плод созерцания, способности созерцать.
То, что представляет собой искусство — это ничто. Ничто — это красота. Произведение искусства должно быть прекрасным.
Жизнь человека и сама природа — это материал для создания художественного произведения. Произведение искусства должно вызывать чувства, любые, вплоть до отвращения. Принципы высшего искусства — вызывать восхищение. Это своеобразный культ красоты, умственной, чувственной или обеих вместе. Произведение художника — это сказка, фантазия. Вымысел, который и удивляет, и восхищает.
Создавая произведение, художник сам себе задает работу. Если он что-то находит, то это связано с мышлением, основанным на эксперименте. Это одна часть творчества. Это труд через желание, на преодолении какого-то рубежа в творчестве. Затем может последовать закрепление, но уже по проторенной дорожке, оно как-то легче и удовольствия больше в нем, чем в первом. Закрепляется преодоленный рубеж довольно убедительно, целой серией работ. Это все развитие и его нельзя останавливать. Меня сейчас волнует выразительное искусство, построенное на умственном ощущении. Умом задаешь работу чувствам и выносишь всю творческую работу за пределы нормального изобразительного искусства. Это искусство отвечает требованиям: что хочу, то и делаю. У меня цель заключается в том, чтобы в процессе работы и в конце ее я получил полное удовлетворение.
Наслаждение в искусстве тоже не все. В момент, когда художнику нет дела до наслаждения, он спешит выразить свои мысли. Мысли выражены, но тут опять удовлетворение. Требования к изобразительной стороне произведения — опять-таки, мысли — одно, а выражение — другое. Форма — суть творчества, и когда форма доведена до предела, удовлетворяющего самого художника, то этот предел и будет заключать в себе совершенство произведения.
За основу художественного произведения берется все. Похоже на шарлатанство, но это так. Точка, поставленная на холсте — уже многое.


Анализ современности Из монологов Дуче


«Символ нашего общества — тюрьма, об этом даже принц Гамлет эксклюзивно и периодически заявляет.
Новые гоблины не дружат. Отношения основаны на власти кто — кого и кто — под кем. Но это уже не дружба. Дружба должна быть равноценной и равноправной.
Женщина, достигшая власти «при дворе», не позволяет вам ухаживать за собой, так как считает, что вы ей теперь не ровня. Она даёт вам роль, роль раба, а вы берёте эту роль, в неё играете и привыкаете к ней. Так поступили когда-то и с ней. Вечные дети. А где же первая заповедь: «Возлюби Бога». В неудачах семейной жизни поэтов утешают многие посторонние люди. Но в этом вопросе очень много маньяков, извращенцев, мошенников, а людей мало. Никто не смеет говорить о вас плохих слов, потому что не знает, кто вы есть на самом деле. Мать у человека одна. Я это понял. Она заполняет вибрациями разрыв между нами и даёт второе рождение. Похоть есть у всех, а вот любовь не у всех. Человеческая жизнь сейчас ничего не стоит. Мы — как зёрна, вложенные в землю, но никем неполитые! Гнёт соперников суров. Над рыцарской возвышенностью всегда посмеивались. Никто уже не помнит, что такое красота непорочных отношений. Правда, от этого бывают «фуги». Да и вкус конспиративной жизни не каждому сладок. Но чтобы сохранить течение своей силы, приходится иногда играть во взрослые игры. Но кто они — взрослые? Молятся о том, чтобы подольше грешить. Малороссийский садомазохизм от Шевченко до Гоголя, от Булгакова до Лимонова из Харькова, от Котляревского до Сковороды. Будто демонстрация протеста. Я коллекционирую. Моя коллекция — это коллективный разум сегодняшней жизни. Это коллажи на грани фола, это пятна панели. И вдруг: дерево заснеженной Грузии. Композиция здесь и сейчас. Почему воин? Потому что идёт война с болезнью. Одна цифра — это не коллекция. А как мастеру сберечь своё «я»? Голубь сел на розу. Удар — это выражение твоей заботы. Простите, я вас задел? Ну что вы, вы добавили мне жизни! Кто-то связан с циклом пола, а кто-то с циклом сознания. А почему? Потому что! Болезнь — это что-то не вовремя начал делать. У всех есть нумерология — кодировка культурного опыта. У каждого своя «Книга перемен»: 9 месяцев беременности, 12 месяцев в году. По цифре всё изменяется, постоянно двигается, переворачивается, как в «Калейдоскопе». Сейчас жизнь обострена до невозможности, люди живут в суровых условиях, вечно наготове. Но вы даже не представляете, сколько на Земле просветлённых. Через какую поэзию можно вернуть жизнь человеку. Большинство — это обиженные и обманутые люди».
Валерий Сегеда родился 15 декабря 1938 года. Учился в Киеве. Жил в Австрии,  Германии, на Урале, в Кутаиси, Харькове, Львове. Много путешествует по Кавказу, Грузии, Украине, собирая материал для своих будущих работ.

Автограф мастера Сегеды:
Всё, написанное вчера, уже есть в нас, потому отбрось это. Что сегодня, какая импровизация?

Финал


Наступил май. Стояли тёплые весенние деньки. Киев пьянил, как никогда. В 21.00 мы вышли от Десятинной церкви и направились на Взлётную Полосу.
Валера почему-то спешил и, не глядя в глаза, говорил строго и быстро: «Значит так... Ну что, ты сегодня принимаешь Парад Планет. Помни, что Материя непроходима... Но, утончась, мы проходим всё! Держи крылья. Теперь они твои навсегда. Летай. Ну, ты всё знаешь. Виток туда, виток сюда. Там чёткую линию подержишь. И на-ни-на... И мягко, в кайф, посадишь, когда налетаешься. Ну, всё, до пока! Звони. В любое время! Всегда! ВСЕ-ГЕДА!»

Виктор Кошель


Владимир Стешенко
Оттепель. Двадцать мгновений


Один мой знакомый, успешный молодой издатель как-то полушутя сказал: «Ненавижу вас, шестидесятников. Вместо того, чтобы делать деньги, вы копаетесь в себе, разбрасываетесь идеями, страдаете за других». Я не обиделся. Не подуй тогда, в шестидесятые, наивно романтический ветер грядущих перемен, разве появилось бы сегодня талантливое Поколение тридцатилетних, с которыми мы вновь связываем надежды?
Этот мимолетный разговор невольно вспомнился, когда я читал дневники Валерия Сегеды и рассматривал его гравюры. В этой книге представлены работы киевского художника из частной коллекции рижанки Лилии Мирошниченко-Наумовой. Все двадцать гравюр помечены одной датой — 1963-й год. Автору — двадцать пять лет. И он классический молодой интеллигент Оттепели — смелый и романтичный, терзающийся и уверенный в правильности выбранного пути. Это было время, когда выступления поэтов собирали многотысячные стадионы, а выставки молодых художников становились общенациональным явлением. Отход от навязываемых критикой канонов в тематике, поиск новых форм и техники, а главное, появление созвездия ярких индивидуальностей.
Одна из таких звезд вспыхивает в Киеве. Имя ей — Валерий Сегеда.
Пластическая контурная линия живет в его графических работах не только в форме, но и в пространственной плоскости гравюры. Мастерское владение инструментом позволяет ему передать тонкие порывы души.
Представленным здесь работам Валерия Сегеды свойственно сочетание линии с белыми и черными плоскостями. В одних гравюрах он использует лаконичные, скупые средства, в других выпукло проявляется поэтичность и романтичность.
Двадцать мгновений Оттепели, собранные в одной коллекции, говорят о тематическом разнообразии творческих поисков художника. Я хочу особо обратить внимание читателя, что к духовной, религиозной теме он обратился в 1963 году, когда, с одной стороны, Хрущев хотел отменить цензуру, а с другой — по его воле вновь закрывались храмы. Особое место среди его работ занимают кавказские мотивы. Именно мотивы — эти графические листы звучат.
Стиль Валерия Сегеды уходит корнями к безвестным художникам далекого прошлого. Одного взгляда на графику Валерия Сегеды достаточно для того, чтобы понять — перед нами украинский художник. Но оставаясь украинцем, он, как художник, мыслитель — явление глубоко космополитичное. Искренние чувства и философский взгляд позволяют ему проникнуть в самые глубины духовной сути Человека и Бытия в их Вселенности.